Точка невозврата: неожиданный финал нашей попытки мирно разделить имущество

Большой экран монитора замерцал. Камера немного дрожала и была наклонена. Угол съемки был низким, как будто запись велась из-за чего-то. Был слышен тихий смех.

— Это наша гостиная, — прошептала Екатерина, узнав диван и большой цветочный горшок в углу комнаты.

Видео, казалось, было снято из-за этого горшка, где Света часто пряталась, играя в прятки.

И тут в кадр вошли две фигуры: Дмитрий и Алина. Не Алина в профессиональном блейзере, как в суде, а Алина в тонкой и удобной домашней одежде. Ее волосы были распущены.

Дмитрий вошел, смеясь, и тут же обнял Алину сзади, целуя ее в шею.

Глухое восклицание пронеслось по всему залу.

Екатерина замерла, затаив дыхание.

Так вот почему духи. Ее подозрения были правдой. Женщина, которая давала ложные показания, чтобы разрушить ее жизнь, была той самой, что встречалась с ее мужем в их доме.

На другой стороне адвокат Орлов смотрел на монитор с открытым ртом. Он повернулся к Дмитрию с ужасом, словно говоря: «Ты мне этого не рассказывал».

В галерее Алина опустила голову, пытаясь спрятать лицо.

И тут голоса фигур на видео стали отчетливо слышны в тишине зала.

Голос Алины:

— Ты уверен, что твой план сработает? Твоя жена такая глупая.

Голос Дмитрия засмеялся с уверенностью.

— Глупая и покорная. Она ничего не заподозрит. Все деньги уже переведены на твой счет, дорогая.

Екатерина почувствовала, что ноги ее подкашиваются.

Ее деньги, их совместный счет, были переведены на счет Алины.

— О боже, — пробормотал рядом с ней адвокат Волков.

Его глаза были прикованы к экрану.

Видео продолжалось. Дмитрий сел на диван и притянул Алину к себе на колени.

Голос Дмитрия:

— Как только завтра вынесут решение, я официально получу опеку над Светой. Мы немедленно продадим этот адский дом и переедем в другую страну. Подальше от нее.

Голос Алины прозвучал кокетливо:

— А Света кажется очень привязана к своей матери.

Это была та часть, которая ранила Екатерину больше всего. Она затаила дыхание, ожидая ответа Дмитрия.

Голос Дмитрия был полон презрения:

— О, с девочкой легко справиться. Просто дай ей новый планшет, и она забудет свою мать. Ты будешь ее новой мамой, более умной, более успешной и гораздо более привлекательной.

Дмитрий поцеловал Алину на видео.

— Хватит, выключите это! — в ярости закричал Дмитрий.

Он вскочил со стула, пытаясь подбежать к столу секретаря, чтобы остановить видео.

— Приставы, держите его! — в гневе крикнул судья.

Два охранника, стоявших у двери, немедленно двинулись. Они скрутили Дмитрия, прежде чем он успел продвинуться, заломив ему руки за спину.

Дмитрий извивался, как животное в ловушке.

— Отпустите меня! Это неправда! Это подделка! — отчаянно кричал он.

— Заставьте его замолчать, — приказал судья. — Продолжайте видео. Я хочу досмотреть до конца.

Видео продолжало воспроизводиться, не обращая внимания на хаос в зале.

Теперь была очередь Алины говорить.

Голос Алины:

— Я все еще немного беспокоюсь. А что насчет моих показаний как психолога? Что, если адвокат Екатерины опровергнет их своими наблюдениями?

Голос Дмитрия снова засмеялся.

— Я уже подготовился. Я записал ее на прошлой неделе, когда она истерически плакала. Помнишь? Я снова спровоцирую ее в суде. Я буду оскорблять ее, пока она не взорвется. Она будет кричать и перед судьей.

Екатерина зарыдала. Она вспомнила свои показания, фотографию, свои крики. Он подставил ее.

Голос Дмитрия:

— Как только она станет истеричной, твои показания будут выглядеть идеально. Судья сам увидит, что она сумасшедшая. Никто ей не поверит. Они поверят доктору Алине, профессионалу.

Видео наконец показало, как Дмитрий и Алина чокаются бокалами вина, смеясь.

Видео закончилось.

Экран стал черным.

Зал на несколько секунд затих.

Были слышны только рыдания Екатерины и прерывистое дыхание Дмитрия под контролем охранников.

Все в зале — судья, секретари, зрители и даже адвокат Орлов — смотрели с ужасом. Они только что стали свидетелями хорошо спланированного злого заговора, мошенничества, лжесвидетельства, хищения денег и манипулирования судом.

В галерее некоторые начали поворачивать головы, ища Алину.

— Вот она, это та женщина! — крикнул кто-то…