Виктор десять лет оплачивал счета матери, но на её юбилее речь зашла о наследстве и квартире Марины

— Мам. — Голос Виктора звучал ровно, слишком ровно, без привычных виноватых нот. — Отличный тост, очень поучительный.

Светлана Петровна снисходительно улыбнулась, не понимая грядущей катастрофы.

— Сыночек, ты же умный мальчик, ты понимаешь.

— Я всё понимаю, — перебил её Виктор таким тоном, что мать осеклась. — Я понимаю, что десять лет я оплачивал счета за квартиру, из которой меня сейчас выписывают. Я понимаю, что сижу на празднике, где меня прилюдно унизили, а мою жену фактически похоронили ради чужой жилплощади. Я понимаю, что Дарье квартира действительно нужнее, ей же негде хранить свои коврики для йоги.

Дарья подпрыгнула на стуле.

— Витя, ты что несёшь-то при всех?

— Я несу радостную весть, сестрёнка. — Виктор упёрся руками в стол, нависая над гостями. — Раз теперь у тебя есть своя квартира, значит, ты взрослый, самостоятельный человек.

Он сунул руку во внутренний карман пиджака и достал оттуда толстую пачку бумаг. Это были неоплаченные квитанции за коммуналку матери за последние полгода. У их древней управляющей компании не было личного кабинета. Идти в банк Виктору было лень. И теперь в квитках накопился приличный долг. Рядом легли счета за интернет и договор на кредит за ремонт.

Виктор размашистым шагом подошёл к Дарье и положил пачку прямо перед её тарелкой с осетриной.

— Что это? — брезгливо сморщила нос сестра.

— Это твоя новая взрослая жизнь. Раз квартира твоя, долги по ней тоже твои. Кредит на ремонт брала наша мама. Я его просто оплачивал. Так что удачи с коллекторами, если просрочишь.

Светлана Петровна начала хватать ртом воздух, напоминая ту самую выброшенную на берег рыбу.

— Ах, Витенька, сыночек, что ты такое говоришь? Это же мама, я же тебя растила.

— Вырастила, мам, спасибо. Своё совершеннолетие я сегодня отпраздновал. — Виктор повернулся к ней. — Больше ни копейки. Раздельный бюджет. Вы живёте на свою пенсию и доходы Дарьи от марафонов. А я возвращаюсь в трёшку жены, пока она, слава богу, жива и здорова.

Он обернулся к Рине.

— Пойдём. Я там стейки замариновал, дома пожарим, а то здесь осетрина какая-то с душком.

Рина грациозно поднялась, одарила родственников ослепительной улыбкой.

— С юбилеем, Светлана Петровна. Шикарный праздник.

Они развернулись и не спеша пошли к выходу. Светлана Петровна, купаясь в ощущении абсолютной победы, громко и ехидно захохотала им в спину на весь зал…