Врачи разводили руками, предрекая ему скорый конец. Деталь, лишившая всю клинику дара речи
— Пусть будет последняя.
В столичной квартире на окраине города гудел старенький холодильник. Наталья сидела за кухонным столом, окруженная стопками квитанций: газ, свет, кредит, коммуналка. Цифры пульсировали перед глазами, словно приговор.
Она была врачом, хорошим врачом, но ее зарплаты едва хватало на жизнь. Когда телефон тихо пискнул, она вздрогнула. В рабочем чате, где коллеги обменивались слухами и подработками, мигнуло новое сообщение: «Нужна медсестра, врач. Работа в Дубае. Частный пациент. Оплата — 100 тысяч долларов в год. Срочно».
Наталья долго смотрела на экран. Сто тысяч. Эта сумма могла бы вернуть ее к жизни. Она знала, что за подобными объявлениями часто скрываются сомнительные истории. Но мысль о долгах сжигала изнутри. «А вдруг повезет?» — сказала она себе, как говорят все, кто решается на отчаянный шаг.
Через два дня ее уже встречали в аэропорту Дубая. Жара обжигала, воздух пах пряностями и бензином. У выхода стояла женщина в длинном платье цвета индиго.
— Доктор Наталья? Я — Мутайма. Вас ждут.
Улыбка женщины была вежливой, но в ее глазах скользнуло что-то тревожное.
— Я должна вас предупредить, — сказала она, когда машина покатила по шоссе мимо пальм и стеклянных башен. — Наш господин тяжело болен и непрост.
— Я привыкла к трудным пациентам, — спокойно ответила Наталья.
Мутайма кивнула:
— Это не тот случай. У него особая болезнь. Ни один врач не остается надолго.
Наталья невольно улыбнулась:
