Я молча подошла. Неожиданная развязка одной очень пафосной вечеринки
— продолжал он, даже не дожидаясь ее жалкого ответа. «Вот, значит, на каких гнилых принципах строится ваша чудесная и глубоко уважаемая семья!»
«Постоянный подлог, наглый подкуп и физическое уничтожение всех неугодных. Просто великолепно». В этот невероятно напряженный момент к столу подошел отец Маши, грузный мужчина с красным лицом и тяжелым, давящим взглядом.
Он прекрасно слышал последние обвинительные слова Стаса и теперь сверлил новоиспеченного зятя крайне недовольным взглядом. «Станислав, немедленно прекрати эту неуместную истерику», — зло процедил он сквозь плотно сжатые зубы. «Что было в далекие школьные годы, то давно прошло и забыто».
«Мало ли какие дикие глупости порой делают неразумные дети. Сейчас у нас идет большой светский праздник. Уважаемые люди на нас смотрят, а ты прилюдно ставишь мою родную дочь в крайне неловкое положение».
«Это я-то ставлю?» — мгновенно взвился разъяренный зять. «Это ваша избалованная дочь поставила всех нас в такое чудовищное положение, из которого мы теперь будем выбираться долгими годами! Вы вообще хоть понимаете, кто муж этой внезапно появившейся Светланы?»
«Это Виктор Альбертович Залеский — влиятельнейший человек, который стабильно держит пятнадцать процентов рынка частной медицины. Я долгими годами отчаянно мечтал с ним просто познакомиться. И теперь он лично знает меня исключительно как мужа жалкой уголовницы!»
Отец Маши побагровел еще сильнее, словно спелый помидор. Он перевел свой знаменитый тяжелый взгляд на съежившуюся от страха дочь. «Маша, ответь мне честно, для чего ты вообще пригласила ее на свою собственную свадьбу — чтобы просто поиздеваться?»
Невеста упорно молчала, низко опустив свою поникшую голову. Ее хрупкие плечи мелко тряслись от непрекращающихся беззвучных рыданий. Она физически чувствовала, как стремительно рушится абсолютно все, что она так старательно строила долгими годами.
Тщательно выверенная репутация, выгодный брак, всеобщее уважение — все это безвозвратно полетело в тартарары за какие-то жалкие десять минут. Гости в огромном зале заметно зашевелились. Кое-кто уже начал поспешно подниматься из-за накрытых столов, накидывать пиджаки и забирать свои сумочки.
Никто из присутствующих больше не хотел оставаться на этом провальном торжестве. Роскошная свадьба, которая по плану должна была стать главным светским событием текущего сезона, на глазах превращалась в дешевый фарс. «Я официально требую развода», — очень тихо, но предельно отчетливо произнес Стас.
«Мы формально женаты всего несколько часов, и я уже четко понимаю, что совершил самую чудовищную ошибку в своей жизни. Эту свадьбу мы будем считать абсолютно недействительной. Я прямо сейчас подключу своих лучших юристов для аннулирования».
Маша резко вскинула заплаканную голову. Горькие слезы обильно текли по ее побледневшим щекам, безжалостно размывая очень дорогой профессиональный макияж. «Стас, умоляю тебя, пожалуйста, не делай этого, ведь я искренне люблю тебя!»
«Я обязательно все исправлю, лично поговорю с ней и вымолю прощение!» — в отчаянии закричала она, судорожно хватая его за руки. Стас брезгливо отдернул руки и посмотрел на нее с нескрываемым отвращением.
«Ты искренне не любишь абсолютно никого, кроме самой себя, дорогая Маша. И никогда в своей никчемной жизни не любила. Ты даже прямо сейчас эгоистично думаешь не о том, что сделала невыносимо больно живому человеку».
«Ты думаешь только о том, как бы побыстрее спасти свою собственную шкуру и любой ценой сохранить статус законной жены обеспеченного мужчины. Ты никогда в жизни не исправишься. Такие испорченные люди, как ты, к большому сожалению, не меняются»…
