Я молча подошла. Неожиданная развязка одной очень пафосной вечеринки
«Твоему белому платью, которое ты мучительно выбирала целых три месяца, но все равно выглядишь в нем как кукла с витрины захолустного магазина?» По притихшему залу мгновенно прокатился приглушенный, осуждающий ропот. Гости активно зашептались, обмениваясь весьма многозначительными взглядами.
Подруги Маши, которые еще час назад льстиво восхищались каждой деталью ее туалета, теперь смотрели на нее с плохо скрываемым, ядовитым злорадством. Алла, та самая, что нервно одергивала свое декольте, уже достала телефон и что-то очень быстро печатала. Она наверняка рассылала свежие, горячие сплетни всем тем, кого на эту элитную свадьбу не позвали.
Свадебный ведущий, очень опытный мужчина, с натянутой профессиональной улыбкой попытался хоть как-то спасти это плачевное положение. Он бодро вышел в самый центр зала и громко хлопнул в ладоши, активно призывая музыкантов снова играть. «Дорогие гости, произошло небольшое и весьма досадное недоразумение!» — воскликнул он с поддельным, наигранным энтузиазмом.
«Давайте же дружно поднимем бокалы за молодых, ведь все самое интересное еще впереди!» Однако пораженные гости даже не шевелились. Абсолютно все присутствующие невероятно напряженно ждали неминуемой развязки конфликта.
Стас властно поднял руку, решительным жестом приказывая ведущему немедленно замолчать. Музыка, едва начавшая неуверенно звучать, снова резко оборвалась и стихла. «Я хочу знать только правду», — жестко произнес он, глядя Маше прямо в бегающие от страха глаза.
«Только давай без твоих обычных театральных ужимок и фальшивых слез. Что конкретно ты сделала с этой успешной женщиной?» Маша физически почувствовала, как внутри нее все сжимается в тугой, ледяной комок.
Она была безнадежно загнана в самый глухой угол. Все присутствующие в зале неотрывно смотрят на нее и требуют внятных, честных ответов. Ее тщательно выверенный идеальный план и этот триумфальный день мгновенно превратились в жуткий кошмар.
Она вновь открыла рот, чтобы снова привычно солгать, но не смогла выдавить из себя ни единого слова. Женщина мельком увидела свое отражение в зеркальной стене зала: растрепанное, с потекшей тушью под глазами и с жалко трясущимися губами. Это было поистине жалкое и отталкивающее зрелище.
«Это было очень давно, Стас», — тихо прошептала она, виновато опуская глаза в пол. «Я была тогда совсем глупой и наивной девчонкой. Мне просто безумно хотелось, чтобы Денис был только со мной, а она постоянно стояла на моем пути».
«Я совершенно не думала, что все это зайдет так далеко и окажется настолько серьезно. Я просто глупо пошутила над ней». «Просто пошутила?» — Стас сухо и зло рассмеялся на весь притихший зал.
«Ты подсыпала живому человеку какую-то опасную дрянь в напиток, разрушила репутацию, навсегда лишила честного шанса на нормальное образование, а теперь смеешь называть это шуткой? Ты вообще хоть понимаешь, что ты настоящая уголовница? Если она сейчас подаст официальное заявление, у меня будут колоссальные проблемы с законом!»
Он нервно схватил со стола свой недопитый бокал и одним залпом осушил его. «Твой отец, я так понимаю, все это криминальное дело благополучно помог замять?»
