Женщина собиралась на дачу одна, но случайная встреча с бездомным неожиданно изменила её планы

Пока Андрей восстанавливался, Лариса занялась его документами. Страховой документ удалось оформить быстро, заявление на новый паспорт потребовало больше времени, но процесс начался. Она приходила каждый день, приносила еду, следила, чтобы он не переутомлялся во время прогулок по коридору, и терпеливо ждала, когда вернутся силы.

К концу второй недели швы хорошо заживали. В день выписки Андрей уже ждал её у входа с небольшим пакетом вещей. Лариса прежде зашла к врачу и подарила банку хорошего кофе.

— Работа у вас тяжёлая, ночи бывают бессонные. Пусть хотя бы кофе помогает. Спасибо, что спасли его.

— За мужа, — улыбнулся доктор. — Больше к нам не попадайте.

— Постараемся.

Такси привезло их к дому. Андрей посмотрел на окна, где в нескольких местах тут же шевельнулись занавески.

— Оркестра нет, цветов тоже, зато зрителей полно. Кажется, весь подъезд изучает твоего нового жильца. Впрочем, какой я новый? Моё прежнее место вон там.

Он кивнул в сторону контейнеров.

— Не смей так говорить. На бездомного ты сейчас не похож. А где я нашла такого красавца, никому не скажу. Пусть терзаются догадками.

На лестничной площадке их поджидала Людмила, соседка Ларисы.

— Здравствуй, Ларисочка.

— Мы утром вместе ехали в автобусе, Люда.

— Правда? Забыла. Я вообще-то за солью.

— Дай нам раздеться и отдышаться. Потом приходи: дам целую пачку и спички в придачу. Но сначала познакомься. Андрей Данилович. Будет жить у меня, чтобы тебе не пришлось собирать сведения по этажам.

Людмила прищурилась:

— В каком качестве?

— В качестве мужа. Теперь всё?

Через полчаса дом знал, что Лариса Коваль больше не вдова. Соседки обсуждали красивого седого мужчину, вспоминали Максима и соглашались, что хорошая женщина не обязана коротать вечера одна. Никто не узнал в Андрее того самого человека в старой шляпе, которого Галина Яковлевна прогоняла от мусорных баков.

Закрыв дверь, Лариса прислонилась к ней спиной и впервые за весь день выдохнула. Андрей стоял в прихожей с больничным пакетом в руке и оглядывал квартиру так осторожно, словно боялся занять слишком много места.

— Комната Артёма готова, — сказала она. — Я сменила постель, освободила полки. Ванная справа, полотенца на крючке. И не вздумай сегодня ничего чинить.

— А если я замечу неисправность?

— Сделаешь вид, что не заметил. Тебе прописан покой.

Она говорила деловым тоном, но Андрей видел, как ей хочется улыбаться. На кухне уже стояли маленькие контейнеры с протёртой едой, на холодильнике висел лист с расписанием лекарств. Лариса изучила рекомендации так основательно, будто готовилась к серьёзному экзамену.

— Ты всегда настолько ответственная? — спросил он.

— Только когда пациент упрямый.

— Я не пациент. Я больничный муж.

— Тем более. С мужьями хлопот больше.

Первые дни Андрей быстро уставал. После нескольких шагов по квартире ему приходилось садиться, и это раздражало его сильнее боли. Он привык измерять собственную ценность сделанной работой, а теперь не мог даже донести до кухни кастрюлю без того, чтобы Лариса отобрала её.

— Не смотри на меня так, — говорила она. — Сила вернётся. Ты не обязан доказывать её каждый час.

Ему было трудно принять эту простую мысль. В прежней жизни рядом всегда находились люди, которым требовались его решения, подпись, деньги или влияние. Лариса не требовала ничего. Она просто ставила чашку на тумбочку, поправляла одеяло и уходила, позволяя ему сохранить достоинство.

По вечерам они сидели на кухне. Андрей рассказывал о нейтральных вещах: о стройках, которые любил, об университетских преподавателях, о книгах и звёздах. Лариса слушала, не задавая вопроса, который стоял между ними. Она ни разу не спросила, где его семья, почему он потерял компанию и кто лишил его документов. Андрей замечал её осторожность и от этого ещё сильнее чувствовал обязанность рассказать всё сам.

Иногда в подъезде хлопала дверь, и с лестницы доносились приглушённые голоса. Любопытство соседей не исчезло. Людмила действительно пришла за солью, получила пачку и, сидя у порога, пыталась выяснить хотя бы профессию Андрея. Лариса отвечала коротко, а он с серьёзным лицом заявил, что работает «в должности выздоравливающего». Людмила ушла разочарованной, зато уже вечером весь дом знал новую версию: загадочный муж Ларисы якобы крупный специалист, временно находящийся на лечении.

Галина Яковлевна при встрече внимательно осмотрела Андрея и вежливо поздоровалась. Она явно не узнала человека в шляпе. Лариса едва удержалась от улыбки, а Андрей, поднявшись домой, сказал:

— Пожалуй, не будем разрушать её уверенность в собственной наблюдательности.

— Ты не сердишься на неё?

— На улице быстро понимаешь: чужой страх часто маскируется грубостью. Она боялась не меня, а связанной со мной неизвестности.

Лариса услышала в этих словах опыт, о котором он пока молчал. Ночью она долго лежала без сна. Андрей был совсем близко, за стеной, но его прошлое оставалось закрытой комнатой. Она боялась не того, что услышит, а того, какую боль ему придётся снова пережить, открывая дверь в эту комнату.

Андрей тоже не спал. Он понимал: нельзя строить новую жизнь на благодарности и недосказанности. Лариса должна узнать, кого впустила в дом, какие люди могут однажды снова появиться рядом с ним и почему он оказался у мусорных контейнеров. Главный разговор становился неизбежным… 👉👉👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» ниже👇👇👇