История о том, почему перед свадьбой нужно слушать не только сердце, но и диктофон

— усмехнулся остроносый тип.

— Да так, на следователя похожи. Вот и подумала.

Саша покосилась на папку в его руках и приоткрыла дверь пошире:

— Ну, входите.

Тип шагнул вперёд, снял куртку и бережно повесил её на крючок. А кепку зачем-то оставил на голове. Прошествовав за ней в гостиную, расположился в кресле. Развалился поудобнее и осмотрелся. Затем удовлетворённо крякнул.

— Хорошая квартира, — одобрил тип. — Просторная. Новая?

— Да, с иголочки. Недавно дали по социальной программе.

— По программе… — Тип снова почесал нос. — Ну да, конечно. Вы простите, у вас чаю не найдётся? Во рту жутко пересохло.

Саша, упорхнув на кухню, очень скоро появилась с чашкой и сахарницей в руках. То, что она была в одной футболке и неприлично коротких шортиках, не очень-то смутило гостя. Вид у него был озадаченный. Тонкие губы шевелились, будто творя молитву. К разговору он приступил, только покончив с чаем.

— Александра Семёновна… — пробормотал он, подняв серые глаза. — Саша, вы не против, если буду вас так называть?

— Да, пожалуйста. — Пожала она плечами. — Как угодно. Вы только объясните, в чём дело, я не совсем понимаю.

Тип вдруг переполошился, закивал и раскрыл наконец свою папку.

— Я Сумин Пётр Алексеевич, друг вашего покойного отца. Вот приехал обо всём рассказать. Сёма, ну то есть ваш папа, просил меня перед смертью. Он…

Саша побледнела, забралась на диван с ногами и обняла колени. Из кухни донёсся какой-то ужасный шум. Это Мурзик драл пустую коробку из-под пиццы.

— Папа? Как это?