Муж объявил, что разницу в наших зарплатах я теперь должна отдавать его матери. Свекровь приехала за первой «выплатой», но у двери её ждал сюрприз
В пятницу Дарина поехала к дедушке. Мирон Григорьевич и в семьдесят пять оставался бодрым: двигался быстрее многих людей помоложе, сохранил острый ум и неунывающий характер. Недавно он купил небольшой дачный участок возле соснового леса. Место было тихим, воздух чистым, однако вместе с домиком ему досталась серьёзная проблема.
— Полюбуйся, внучка, какое наследство оставили прежние хозяева, — сказал дед, указывая на покосившийся сарай и захламлённую комнату на первом этаже.
Оба помещения оказались забиты почти до потолка. В них гнили рассохшиеся тумбы, стоял огромный полированный шкаф из старых древесных плит, валялись продавленные кресла с торчащим жёлтым поролоном, доски и облезлый диван. Особое место занимал тяжёлый чугунный умывальник с ржавой дырой.
На диване среди пыли и мышиного помёта сидел огромный рыжий кот с соседнего участка. Дед прозвал его Инспектором. Кот посмотрел на Дарину с таким презрением, словно именно она отвечала за беспорядок.
— Вызывал людей, чтобы всё это вывезли, — пожаловался Мирон Григорьевич, почесав кота за ухом. — Насчитали двадцать пять тысяч. У них и время оплачивается, и тяжёлые вещи отдельно. За такую цену проще было бы снести сарай вместе с содержимым. А мне ещё крышу чинить, каждый расход приходится считать.
Дарина медленно обошла груду барахла. Она сразу увидела, что никакой ценности здесь нет: дешёвые материалы, сгнившая древесина, ржавый металл. Но взгляд задержался сначала на громоздком шкафу, затем на умывальнике. В памяти всплыл недавний монолог Валентины Петровны о том, что невестке давно пора «компенсировать» Олегу собственный успех.
Мысль возникла мгновенно. Она была настолько простой и подходящей, что Дарина невольно улыбнулась.
— Дедушка, ничего не выбрасывай и никого больше не нанимай, — сказала она, доставая телефон. — Я пришлю тебе таких помощников, которые сами оплатят удовольствие вынести весь этот мусор. От тебя потребуется только немного подыграть.
Она объяснила замысел. Мирон Григорьевич сперва поперхнулся чаем, потом недоверчиво переспросил, а через минуту смеялся так громко, что Инспектор метнулся под старое кресло. В этот миг план окончательно приобрёл форму…
