Муж решил поселить всю свою родню в моём доме, не подозревая, что я уже знаю, кому звонить

Ошибки начались быстро. В тот же вечер, когда Леся выходила из офиса Христины после обсуждения документов, у парковки из тени шагнули Тарас и Мирон. Они преградили ей дорогу к машине. Уличный фонарь выхватывал из темноты злые лица и сжатые кулаки.

— Чего добиваешься? — прорычал Тарас. — Хочешь всю семью под суд пустить?

Леся незаметно нажала кнопку записи на телефоне в кармане.

Сердце билось быстро, но голос она удержала ровным. Она слишком хорошо знала: тот, кто угрожает, рассчитывает увидеть страх. А страх, если показать его слишком рано, становится для таких людей приглашением. Поэтому Леся смотрела прямо, не отступая, хотя ладонь в кармане вспотела вокруг телефона.

— Я добиваюсь возмещения ущерба. Отойдите.

— Не отойдём, пока заявление не заберёшь, — Мирон шагнул ближе. — Думаешь, самая умная? Мы тебе такую жизнь устроим, сама приползёшь.

— Это угроза?

— Называй как хочешь, — бросил Тарас. — На нашу мать пошла. За такое отвечают.

Он сделал резкое движение к ней, но из-за угла вышел охранник бизнес-центра.

— У вас всё в порядке? — громко спросил он.

Братья мгновенно отступили.

— Просто разговаривали, — процедил Мирон.

— Тогда разговаривайте на расстоянии, — сказал охранник, подходя ближе.

Тарас и Мирон ушли, бросив на Лесю взгляд, полный злобы. Она поблагодарила охранника, села в машину и только там позволила себе выдохнуть. Руки дрожали, но запись сохранилась. Ещё одно доказательство…