Муж считал, что его мать просто «придирается к мелочам». Сюрприз, который ждал его на флешке камеры скрытого наблюдения

— Язык не поворачивается повторять, сынок. Хотя тебе скажу. Ты должен знать правду.

И Валентина Сергеевна с явным удовольствием, с выражением и даже с паузами пересказала сыну, как Марина якобы оскорбляла их обоих. Она подбирала слова пожестче, добавляла интонации, хваталась за грудь и делала вид, будто ей тяжело вспоминать пережитое.

Антон молча выслушал мать, потом достал телефон и набрал номер Марины. Длинные гудки тянулись один за другим, но никто не ответил. Он перезвонил еще раз. Результат был тем же.

— Я правильно понял, мама? — медленно произнес он. — Ты пыталась ее остановить, а она тебя оттолкнула?

— Да, именно так, — подтвердила Валентина Сергеевна. — Разве я могла с ней справиться? Она как обезумела. И кофточку мне порвала, видишь? Все пуговицы отлетели. Помоги найти их, сынок.

Антон опустился на корточки, и они вместе стали искать пуговицы по прихожей.

— Все равно не понимаю, — сказал он, когда три пуговицы наконец нашлись. — Марина — и вдруг так с тобой себя повела?

— Как будто с цепи сорвалась, — охотно подхватила Валентина Сергеевна.

— Но ты же выше нее на голову. И сильнее. Как она вообще решилась?

— Сынок, я сама не поняла, что на нее нашло, — вздохнула мать. — Захожу в квартиру, а она уже стоит с чемоданом, собирается уходить. Глаза злые, волосы растрепаны, зубы стиснуты. Я попыталась ее остановить. Честное слово, попыталась. Но где мне взять силы, чтобы противостоять ей в таком состоянии? Она хоть и маленькая, но оказалась такой сильной… Будто в нее кто-то вселился. Не вру, сынок, честное слово.

Она указала рукой в сторону угла.

— Она меня так толкнула, что я туда отлетела. Очень больно ударилась. Наверное, теперь шишка будет. Никогда не думала, что доживу до такого. Может, заявление на нее написать?

Антон вдруг поднял голову.

— А дети где?