Начальник колонии не понимал причины внезапного «бэби-бума» в женском блоке. Сюрприз, который ждал его на ночных записях
Светлана нервно начала встречу с подробного хронологического рассказа о необъяснимых событиях последних нескольких недель. Оксана, в свою очередь, передала на стол комиссии официальные документы и медицинские карты с подробностями о состоянии здоровья заключенных. Когда в докладе они упомянули о полном и строгом отсутствии каких-либо контактов на длительных свиданиях, лица присутствующих начальников стали еще более вытянутыми и растерянными.
«При всем моем огромном уважении к комиссии», — устало сказала Светлана, глубоко вздохнув. — «Эта ситуация уже кажется нам всем абсолютно нелепой и мистической. Четыре беременные осужденные женщины одновременно в закрытом блоке, где подобное технически не должно быть возможным в принципе, и мы до сих пор не имеем ни малейшего понятия, как именно это происходит». После долгого, невероятно неловкого молчания начальник управления наконец прервал напряженную атмосферу в кабинете. «Мы не имеем права это просто игнорировать.
Нам необходимо срочно принять беспрецедентные меры безопасности. Мы собираемся тотально усилить внутреннее наблюдение и немедленно установить дополнительные скрытые камеры буквально во всех возможных слепых зонах и углах колонии». Данное решение было принято начальством единогласно. Отныне больше не должно было остаться ни одного неконтролируемого помещения. Ни один подвал, служебный коридор, проходная зона или прогулочный дворик больше не останутся без зоркого глаза камер. Это была самая масштабная и последняя попытка разгадать эту постыдную тайну. В течение всей следующей тяжелой недели Оксана и Светлана провели неисчислимое количество часов, до рези в глазах просматривая гигабайты новых видеозаписей.
Каждое мельчайшее движение заключенных, охранников и технического персонала детально и скрупулезно анализировалось под лупой. Но как бы пристально они ни присматривались к экранам, ничего сколь-нибудь необычного в кадре не происходило. Все поведение казалось абсолютно обыденным и рутинным. И тайна по-прежнему надежно сохранялась.
Оксана в полном изнеможении потерла покрасневшие глаза, в очередной, сотый раз прокручивая видеозапись последней ночной смены. «Светлана, я просто больше не знаю, что и думать. Мы досконально проанализировали буквально каждую крошечную деталь и не нашли ровным счетом ничего подозрительного», — с отчаянием в голосе сказала Оксана. Светлана разочарованно покачала головой и тихо ответила: «Я тоже, признаться, уже начинаю сильно сомневаться, что мы вообще когда-нибудь что-нибудь здесь найдем. Мы просмотрели все передвижения от рассвета до заката, и ничего. Абсолютная пустота». Дни снова стали серыми и однообразными.
Светлана и Оксана следовали одному и тому же выматывающему распорядку. Они выполняли свою основную работу, а в любую свободную минуту с головой погружались в просмотр записей в тщетных поисках заветных ответов. Однажды пасмурным днем Оксана как обычно просматривала в своем медицинском кабинете свежие больничные карты, когда внезапно вошла Марьяна в сопровождении еще одной молодой осужденной. «Доктор, это Леся, она жалуется на сильные боли, поэтому я решила немедленно привезти ее сюда на осмотр», — по-военному четко объяснила сотрудница охраны, усаживая бледную заключенную на край медицинской кушетки…
