Неожиданная развязка одного очень наглого автоподстава
Гуров велел распустить информацию о существовании некой компрометирующей записи с пьяной летней вечеринки. На этом видео якобы было запечатлено то, что людям с таким статусом иметь категорически нельзя. При этом было совершенно неизвестно, где находится сама видеозапись и кто именно вел скрытую съемку.
Важно было донести сам факт ее мифического существования до определенных ушей в криминальном мире. Сева наконец выпрямился, тщательно вытер грязные руки ветошью и предельно серьезно посмотрел на своего заказчика. Он прямо спросил, правда ли это, на что получил спокойный ответ, что это лишь запущенный слух.
Опытный информатор сразу всё понял и деловито уточнил целевую аудиторию для вброса. Гуров поручил довести эту пикантную информацию строго до тех людей, кто вращается рядом с троицей, но в их узкий круг не входит. Главное, чтобы напуганные мажоры услышали это от третьих лиц — так психологический эффект будет намного сильнее.
Ровно через десять дней пущенный слух успешно дошел до ушей нервного Панова. Гуров не вдавался в технические детали, так как Сева всегда работал предельно аккуратно и никогда не оставлял следов. Но разрушительный результат этой информационной бомбы почувствовался в городе почти сразу.
Архип доложил, что бледный Панов приехал к знакомому держателю бильярдного клуба и стал очень осторожно расспрашивать про некие компрометирующие съемки. Владелец заведения только неопределенно пожал плечами, ничего не подтвердив, но и не опровергнув. Панов спешно уехал оттуда невероятно дерганым, с характерными красными пятнами нервного напряжения на шее.
Слух о мифической записи ударил мощным рикошетом по всей неразлучной троице. Крылов в панике позвонил Панову в тот же вечер, и между ними состоялся долгий разговор на сильно повышенных тонах. А напуганный Рябов на следующий день отменил все свои тусовочные планы на выходные и трусливо засел дома.
Животная паника оказалась крайне заразной, особенно среди избалованных людей, привыкших решать все проблемы чужими руками. Гуров получил эту обнадеживающую информацию поздно вечером от своего верного друга Архипа по телефону. Услышав, что объекты серьезно занервничали, он коротко ответил «Хорошо» и удовлетворенно положил трубку.
Он спокойно сидел у растопленной печи, пока огромный кот мирно дремал у него на теплых коленях. За темным окном шел первый ноябрьский снег, невероятно мелкий и неуверенный в себе. Гуров задумчиво смотрел на танцующий огонь и понимал, что пока всё идет строго по намеченному плану: давление медленно нарастает, а нервы мажоров натягиваются до предела.
Но до настоящего серьезного испытания было еще далеко, ведь юнцы даже не понимали, откуда дует ветер. Именно это полное неведение противника его пока полностью устраивало. Однако в самом конце ноября внезапно случилось то, чего он совершенно не планировал и не ожидал.
Опытный бизнесмен Рябов-старший сумел оперативно решить вопрос с проблемными поставками топлива. Транспортник Суханов получил недвусмысленный силовой сигнал от окружения коммерсанта и был вынужден сделать шаг назад. Прибыльные рейсы на нефтебазу возобновились, а все выставленные штрафы были быстро и тихо урегулированы.
Экономическое давление на нефтебазу спало, но Гуров этому совершенно не удивился. Он прекрасно ожидал чего-то подобного, ведь у крупного коммерсанта были колоссальные деньги и огромные связи, которые рано или поздно срабатывают. В его суровом мире потеря первой позиции в такой сложной игре — это не окончательное поражение, а просто ценная информация об истинных возможностях противника.
Гуров хладнокровно сказал Кузьме, что бить второй раз по той же точке абсолютно бессмысленно, и старый авторитет с этим безоговорочно согласился. Было принято стратегическое решение работать по-другому, используя иные, более изощренные методы давления. Мститель вернулся в свою заснеженную деревню в тот же вечер под настоящий суровый снегопад.
Старая легковушка шла по трассе очень медленно, а тусклые фары с огромным трудом пробивали густую метель. Гуров внимательно следил за заснеженной дорогой и напряженно думал о своих дальнейших шагах. Мажоры в городе тем временем окончательно расслабились и успокоились…
