Неожиданное возвращение пропавшего мужчины превратило свадьбу в момент, который никто не смог забыть

Александр кивнул на Елену.

— В тех бумагах, которые он заставлял Машу подписывать, есть доверенности?

Елена быстро просмотрела листы.

— Да. На представление интересов семьи. На распоряжение частью имущества. И… заявление, что Мария подтверждает получение денежных средств за продажу автомобиля, принадлежащего Александру. Тут сумма.

— У меня не было такого автомобиля, — сказал Александр. — Зато был микроавтобус у волонтерской группы. И несколько актов передачи. Дима, ты всегда любил чужие подписи.

Дмитрий дернулся.

— Не смей.

— Я молчал раньше, потому что думал: ошибаюсь. Перед тем выездом я увидел в твоей машине коробки с лекарствами, которые должны были уйти в госпиталь. Ты сказал — перегрузка, путаница. Потом в телефоне у меня оказались фото накладных. Я хотел поговорить после возвращения. Но возвращение затянулось.

Мария вспомнила, как в первые месяцы Дмитрий приносил ей продукты и всегда шутил: «Бумаги скучные, ты не вникай». Вспомнила, как однажды увидела в его багажнике коробки с иностранными надписями, а он резко захлопнул крышку. Вспомнила, как Иван говорил, что на складе не сходятся списки, но потом замолчал после разговора с Дмитрием.

Все детали, которые казались отдельными страхами, вдруг сложились в одну мерзкую картину.

— Ты продавал помощь? — спросила Ольга.

Дмитрий посмотрел на нее с обидой, как будто это его предали.

— Я делал, что мог. Все делают как могут. Вы думаете, машины сами ездят? Бензин сам появляется? Люди хотят героев, но никто не спрашивает, за что жить.

— За что жить? — Николай сжал его плечо так, что Дмитрий поморщился. — Мой племянник умер без нужного лекарства. Мы три дня искали то, что было у тебя в багажнике?

— Отпусти!

Мария подошла к Дмитрию. Он впервые отступил от нее взглядом.

— Ты заставил меня надеть свадебное платье, — сказала она тихо. — Ты привел сюда его мать. Его друзей. Ты хотел, чтобы все увидели, как я якобы предала. Чтобы потом никто не поверил мне.

Дмитрий молчал.

— А запись? — спросила она. — То видео, где он говорит «слушай Диму». Это тоже ты сделал?

Дмитрий усмехнулся краем губ.

— Ты сама хотела услышать его голос. Люди слышат то, чего боятся.

И этого было достаточно.

Иван ударил бы его, если бы Елена не встала между ними.

— Не надо, — сказала она резко. — Он только этого и ждет. Руки уберите. Пусть отвечает по закону.

Вызвали полицию и скорую. Пока ждали, никто не садился за стол. Музыкант отключил синтезатор. Дети шептались у двери, не понимая, почему свадьба превратилась во что-то взрослое и страшное.

Александр сидел на стуле, закрыв глаза. Елена разрезала ему рукав, осмотрела повязку, выругалась вполголоса и попросила чистые полотенца. Ольга принесла их так быстро, будто всю жизнь ждала команды, которую сможет выполнить для сына. Мария держала миску с водой. Ее руки дрожали, вода расплескивалась на белое платье.

— Сними его, — сказал Александр, не открывая глаз.

Она замерла.

— Платье?

— Да. Ты в нем как в чужой вине.

Мария пошла в подсобку. Анна помогла расстегнуть крючки. Платье не хотело сниматься, цеплялось за волосы, за синяки, за дыхание. Когда Мария осталась в простой серой кофте Анны и своих старых туфлях, она вдруг впервые за день заплакала. Беззвучно, широко открыв рот, как плачут от удушья.

Анна обняла ее…