Неожиданный финал одного экстренного визита в клинику

— обрадовалась Елена, увидев входящего в квартиру сына.

Она совсем не ждала его. Прошло несколько месяцев, как парень с сестрой уехали в столицу на учебу, но за это время он возмужал, во взгляде появилось что-то по-взрослому серьезное.

— Да что-то история с папой не дает покоя, — внимательно глядя на мать, сказал сын. — Хочу сходить к нему поговорить. Может, его в столицу к какому-нибудь профессору свозить. Только мы с Викой так и не поняли, что за диагноз у него.

Елена тяжело вздохнула и сказала, что этого даже врачи не могут понять.

— Мама, ну тогда какой смысл держать его в больнице? — задал резонный вопрос сын. — Хочу сам поговорить с его лечащим врачом и понять, что происходит. Вика говорит, что так не бывает, чтобы человек лежал в клинике несколько месяцев, и врачи не знали, от чего его лечить.

Елена понимала разумность доводов сына, но она совсем не разбиралась в медицине, поэтому никогда не ставила под сомнение действия врачей. Полностью доверяла им. Но предлагать Евгению покинуть клинику и лечиться дома она не решалась. Боялась, что муж заподозрит ее в жадности.

Елене нужно было на работу, поэтому она сказала сыну, что может подбросить его до больницы, чтобы повидаться с отцом, а сама она проведает мужа вечером. Платон доехал с матерью до больницы, чмокнул ее в щеку и вышел из машины. Через несколько минут с небольшим пакетиком фруктов вошел к отцу в палату.

Евгений сидел, держа на коленях ноутбук. Услышав звук открывающейся двери, мужчина вздрогнул и резко захлопнул крышку ноутбука. Эти судорожные, нервные манипуляции не ускользнули от внимания Платона, как и испуганный взгляд отца.

— Привет, пап, ты как? — спросил парень, устраиваясь на стуле около постели больного.

— Привет, сын, — нервно ответил отец. — Сам видишь как. Ни есть, ни пить не могу. Пока лежу, восемь килограммов уже потерял. Аппетита нет совсем. Врачи не лечат, внутри все болит.

— Папа, Вика уверена, что дома тебе станет легче, — глядя в глаза отцу, твердо сказал Платон.

— Много понимает твоя Вика, — фыркнул отец. — Только на третьем курсе медицинского учится, уже врачом себя возомнила.

— Вика все время подрабатывает в больницах. Она очень хорошо разбирается во многих вещах, — заступился за сестру Платон. — Я как-то заходил вечером к ней в больницу и слышал, как опытный врач с ней советовался, хотя она там санитаркой устроена.

Но Евгений только махнул рукой на слова сына.

— Ты чего пришел? — недовольно наступил мужчина. — Я в интернете сижу, пытаюсь хоть какую-то работу найти, чтобы матери было полегче.

Платон не стал ходить вокруг да около. Не стал он и жалеть отца. А сразу напрямик заявил, что ради матери он и приехал. Им надо серьезно поговорить.

— Пап, ты знаешь, что все семейные накопления идут на оплату твоей палаты? — дерзко спросил Платон. — Мама ежедневно за нее платит. Зато в холодильнике у нее пусто.

— Ты к чему это клонишь? — с яростью спросил мужчина у сына.

— К тому, что если тебя не вылечат и через несколько месяцев тебя не станет, так нам и похоронить тебя будет не за что.

— Ну, спасибо, сын, — побледнел от откровенности Платона отец. — Вот уж не ожидал, что услышу такие слова от собственных детей.

— Папа, я приехал сказать тебе, что мы с Викой настаиваем на том, чтобы ты либо перешел в обычную палату, где лежат больные, либо вообще взял перерыв в лечении. Вика думает, что у тебя может быть просто психосоматика. Прекратишь думать о своей болезни, поменяешь больницу на дом, и все может пройти. В любом случае стоит попробовать.

Евгений был разгневан словами сына. Он всегда считал себя главой семейства. Никто никогда не критиковал его дома. Елена всегда внушала детям, что папа у них правильный, добрый, трудолюбивый, заслуживающий уважения и беспрекословного подчинения. Так к нему всегда домочадцы и относились. И вдруг сын говорит ему такие ужасные вещи.

— Папа, нам с Викой ничего не надо, — видя ярость отца, поспешил объясниться Платон. — Мы с ней подрабатываем и сами себя обеспечиваем. Но помогать маме мы не можем, потому что приходится много учиться, а у Вики еще и практика. Нам наших заработков только на жизнь хватает, поэтому ты хотя бы не тяни из мамы последние деньги.

Терпение Евгения лопнуло. Горячая обида захлестнула его, и он разозлился. Голос мужчины звучал громко и гневно. Он кричал, что не желает видеть у себя в палате сына. Вместо того, чтобы пожалеть умирающего отца, он обвиняет его в расточительстве.

На громкие крики Евгения в палату заглянула медсестра. Потом появился доктор Максимов и попросил молодого человека удалиться. Медсестра осталась успокаивать разбушевавшегося пациента, а доктор с Платоном вышли в холл.

— Доктор, а у него с нервами все в порядке?