Я молча оставила ему прощальный подарок. Неожиданная развязка одного очень наглого обмана
В кабинете нотариуса было невыносимо душно. Пахло нагретым пластиком компьютера и застарелой бумажной пылью. Жалюзи на узких окнах были плотно закрыты от дневного света. Полосы серого уличного освещения ложились на потертый дубовый паркет.
Мария сидела на стуле с жесткой металлической спинкой. Спину она держала идеально прямо. На коленях она держала темно-синюю пластиковую папку. На нижнем углу пластика виднелась глубокая белая царапина. Поверхность папки покрылась мелкими потертостями от долгого использования.
Напротив сидел Виктор. Его темно-серый костюм, сшитый на заказ, теперь висел мешком. Ткань неаккуратно собиралась складками на опущенных плечах. Воротник дорогой голубой рубашки неплотно прилегал к шее.
Виктор безотрывно смотрел на край массивного стола. Там лежала стопка печатных листов. Пальцы его правой руки монотонно крутили массивное обручальное кольцо. Звук трения золота о деревянную столешницу ритмично заполнял абсолютную тишину комнаты.
Нотариус, грузный мужчина по фамилии Савельев, поправил роговые очки на переносице. Он открыл толстую регистрационную книгу в кожаном переплете. Медленно провел толстым пальцем по длинному списку. Затем перевернул последнюю страницу генерального соглашения о передаче корпоративных прав.
Бумага издала сухой, резкий шелест. Савельев пододвинул документ к Виктору. Рядом легла тяжелая перьевая ручка в гладком стальном корпусе.
Виктор перестал крутить кольцо. Его рука медленно поднялась над столом. Пальцы крепко сжали холодный металл ручки. Костяшки мгновенно побелели от напряжения.
Он поставил размашистую подпись на трех экземплярах подряд. Чернила оставили толстый синий след на тонких пунктирных линиях. Виктор не читал напечатанный текст. В этом больше не было никакого смысла.
Савельев забрал листы себе. Он методично расписался рядом с подписью Виктора. Затем с сильным нажимом поставил круглую синюю печать на каждый экземпляр. Звук удара штемпеля о деревянный стол прозвучал как удар судейского молотка.
Процедура отчуждения активов завершилась официально. Все строительные объекты, транзитные счета и складские помещения больше не принадлежали Виктору. Десять лет его махинаций были перечеркнуты несколькими подписями. У него не осталось ничего.
Мария открыла свою темно-синюю папку. Застежка издала сухой, короткий щелчок. Она забрала свою копию документа с края стола. Аккуратно вложила плотный лист под прозрачный файл. Линии краев совпали идеально ровно.
Этот резкий щелчок пластика повис в тяжелом воздухе кабинета. Звук сработал как невидимый спусковой крючок. Он вернул Марию ровно на полгода назад. В тот ноябрьский вечер звук был почти таким же. Только тогда сухо щелкал металлический замок ее старой дорожной сумки.
Был поздний вечер вторника….
