Одинокая акушерка пустила переночевать мать с ребенком. Сюрприз, который ждал
– В том, что я предпочитаю не забирать долги таким образом, каким предложил твой Костик, – вздохнул Владимир. – Костя пригласил меня к вам, сказал, что я могу забрать деньги, ключи мне отдал, мол, ему срочно уехать куда-то надо. Ну, я и приехал, еще думал, что этот дурачок какую-то ловушку придумал, представляешь?
Приезжаю я, а на зеркале вот записка. На, держи. Он кинул на диван смятый клочок бумаги.
Трясущимися руками Лида развернула его и попыталась прочитать, что же на нем написано. Это давалось ей тяжело, буквы скакали и расплывались перед глазами. Наконец она смогла разобрать.
– Ты говорил, что тебе нравится Лидка. Пользуйся, этой ночью она твоя. Надеюсь, долг будет уплачен.
– Я не понимаю, – сказала Лида. – Я ничего не понимаю. – Да что тут понимать? Твой Костя решил расплатиться тобой, – объяснил Владимир.
Только он не учел, что не все такие гнилые, как он. Я, конечно, не ангел, но до такого опускаться себе я не позволю никогда. – Как он выглядел? – тихо спросила Алла.
– Владимир? Какой он был? Лидочка, какой?
– Да Матвей его копия, – горько усмехнулась Лида. – Даже родимые пятна такие же точно. – Господи! – у Аллы перехватило дыхание. – Не может быть!
Но Лида, которая была погружена в свои воспоминания, не обратила на ее слова внимания. Она продолжала свой рассказ. — Он ничего мне толком не объяснил.
Задавал какие-то вопросы о Костике. Я и не отвечала. И, правда, ничего не знала о нем.
Где он? Куда поехал? Он же меня опоил.
Подсыпал что-то в вино, чтобы я… чтобы я ничего не чувствовала. Владимир меня пожалел. Я это поняла сразу.
Вроде и страшный он был какой-то. Видно, что непростой. Но у меня интуиция хорошая, у детдомовских это часто бывает.
Надо уметь сразу видеть, кто перед тобой. Ждать от него чего-то плохого или нет. И я поняла, что этот Владимир ничего плохого мне не сделает.
Так он и не сделал. А вот Костик пропал, как в воду канул. Владимир же наоборот, через два дня встретил Лиду после работы.
Она сперва испугалась. А потом… А потом просто решила плыть по течению. Владимир тоже мало говорил о себе.
Объяснил, что ни к чему Лиде знать больше, чем она уже знает. Рисковать не хочу, надеюсь, ты в полицию не пойдешь? Лида заверила его, что не пойдет.
Она и не собиралась этого делать, а к чему? Что она скажет? Да и опасно это может быть.
Мало ли кому она перешла дорогу и что эти люди с ней сделают потом. Особенно после того, что пытался сотворить с ней бывший возлюбленный Костик. Владимир говорил ей, что Костика так и не нашли.
А еще, что она и правда ему очень нравится. Что Костик часто показывал ее фотографии и хвастался, какая Лида красивая. Девушка же не чувствовала ничего, кроме обиды и разочарования.
И почему-то благодарности к Владимиру. Они встретились еще несколько раз. Владимир оказался интересным человеком.
Лиде казалось, что он разбирается во всем на свете. Он мог говорить о книгах, о кино, о живописи, о технике, даже в кулинарии разбирался, к ее огромному удивлению. И что самое главное, он не намекал на то, что хочет от Лиды чего-то большего, чем простое общение.
Она постепенно начала проникаться к нему, если не любовью, то уважением. Было в нем нечто фундаментальное, надежное. Ей казалось, что рядом с таким мужчиной можно чувствовать себя как за каменной стеной.
Если бы не темные дела, которыми он занимался. Однажды он пришел к ней ночью. Позвонил в дверь, а когда она открыла, практически упал ей на руки.
Она еле-еле удержалась на ногах. — Закрой дверь, — скомандовал он. — Помоги мне, у тебя есть бинты.
С трудом Лида дотащила его до дивана. Володя стянул с себя свитер, и Лида увидела, что вся его правая рука в крови. — Господи, надо скорую вызвать! — воскликнула она.
— Никакой скорой, — прорычал он. — Перевяжи и достаточно, это так, царапина. С трудом справляясь с эмоциями, чувствуя себя как в дурном сне, Лида достала аптечку и кое-как промыла и перевязала рану.
Когда она закончила, Владимир растянулся на диване и закрыл глаза. — Что случилось? — тихо спросила она. — Я имею право знать.
— Случилось, — отмахнулся Володя. — А насчет твоих прав, знаешь, рассказал бы. Да не хочу тебя опасности подвергать.
Я и так уже, наверное, совершил ошибку. Он открыл глаза и внимательно посмотрел на нее, испуганную и растерянную, стоящую около дивана прямо в смешной старой пижаме в горошек. Он улыбнулся.
— Прости меня, Лида, я правда дурак. Она опустилась на корточки и медленно протянула ему руку, прикоснувшись к его небритой щеке. — Что случилось? Может, я могу помочь?
— Не можешь. Но можешь кое-что другое. Он притянул ее к себе и поцеловал.
Она не испугалась. Она была к этому готова, словно заранее знала, что будет. И она смело ответила на поцелуй.
В ту ночь все и случилось. Один раз всего было, вздохнула Лида. Утром он ушел и не вернулся больше.
А через неделю позвонил и сказал, что мне лучше уехать. Чем дальше, тем лучше. Просил прощения.
Обещал, что найдет меня и отплатит добром. И на карту скинул денег. Много денег.
Только я никуда не поехала. Куда? И зачем?
Только вот жилье сняла. И работу новую нашла, в кафе. А потом узнала, что мою квартиру кто-то поджег.
Наверное, искали что-то. Я не знаю. Я туда не возвращалась, просто боюсь.
И на двери написали, что меня ищут. Это уже полиция рассказала потом. Но я ни в чем не призналась, ни о Косте не сказала, ни о Володе.
— А дальше? Что было дальше?
