Она бесследно исчезла во время экскурсии в Египте. Деталь в ее новом доме, лишившая спасательную экспедицию дара речи

Она не верила. Она повторяла, что дети должны быть с ней, что иначе их убьют. Логики в ее словах не было, но страх был реальным.

Консультировавший ее психолог объяснил Андрею, что годы насилия, изоляции и постоянного стресса разрушили нормальные механизмы восприятия реальности. Для нее единственной безопасностью были дети, и любая попытка разделить их воспринималась как угроза жизни. Отдельной проблемой стали документы детей.

Формально они родились на территории Египта, но без медицинского сопровождения, без регистрации, без записи в государственных органах. У них не было свидетельств о рождении, не было отца в юридическом смысле, не было гражданства. Египетские власти не хотели оформлять документы, признавая, что дети родились в результате преступления на их территории.

Украинское консульство начало процедуру оформления через экстренные каналы, но это требовало времени и подтверждений. Нужны были анализы ДНК, медицинские заключения, показания матери, согласование с египетской стороной. Через две недели пребывания в Каире удалось организовать возвращение в Украину.

Юлии оформили временный документ для въезда, детям выдали аналогичные бумаги, как сопровождающим лицам без гражданства. Это был юридический компромисс, позволявший вывезти их из Египта с обещанием дооформить документы уже в Украине. Вылет был организован через специальный рейс с медицинским сопровождением.

Юлия отказывалась лететь без детей в одном ряду, поэтому им выделили отдельную зону в самолете. Андрей сидел рядом, но она не позволяла ему прикасаться ни к ней, ни к детям. По прилету в Украину их встретили представители МВД, медики и сотрудники службы по делам детей.

Юлию и детей сразу отвезли в больницу для полного обследования и лечения. Андрей поехал с ними. В больнице началась более детальная диагностика.

Физическое состояние Юлии было критическим. Требовалось лечение анемии, восстановление работы почек, стоматологическое вмешательство, гинекологическая хирургия для устранения последствий родов без медицинской помощи. Врачи оценили период восстановления минимум в год при условии интенсивной терапии.

Психологическое состояние было еще сложнее. Юлия демонстрировала все признаки тяжелого посттравматического расстройства. Ночные кошмары, флешбеки, панические атаки, избегание любых ситуаций, напоминающих о прошлом…