Почему на могиле, где «не водились птицы», еда исчезала за считанные минуты
Полина кивнула.
– Я сначала не носила. Забыла. А потом бабушка умерла, и я вспомнила. Подумала: бабушка больше не может сама. Значит, надо мне.
Вера смотрела на дочь. Маленькая, шестилетняя, с тонкими косточками и светлыми волосами. Ребёнок, который понял что-то такое, что многие взрослые не понимают всю жизнь.
– Ты не злишься? – спросила Полина снова.
– Нет, – сказала Вера. – Я… – она не могла подобрать слово. – Я горжусь тобой.
Дочь подняла глаза. В них было удивление.
– Правда?
– Правда.
Вера обняла её. Тонкие косточки под футболкой, тёплая макушка, знакомый запах – шампуня и солнца.
– Бабушка была хорошая, – сказала Полина, уткнувшись ей в плечо. – Я по ней скучаю.
– Я тоже.
Они сидели так долго. Качели скрипели. Ветер носил запах сосен.
– Мам, – сказала Полина, – а ты теперь тоже будешь ходить?
