После отдыха в Египте жена бесследно исчезла, и лишь через пять лет её обнаружили среди бедуинов

Весь первый год Богдан пытался заставить государственные структуры действовать. Он ездил в большой административный центр, встречался с представителями дипломатической службы, правозащитниками и журналистами. Имя Оксаны время от времени вновь появлялось в новостях, но без свежих сведений интерес быстро угасал.

На официальные запросы из-за границы приходили однообразные ответы: дело расследуется, убедительных зацепок нет. В качестве основных версий называли гибель пропавших в пустыне или их тайный вывоз за пределы страны. Богдан не мог согласиться ни с одним предположением, пока ему не предъявят доказательств.

Он сам стал изучать историю похищений в пустынных районах. Из отчётов за 2009–2015 годы Богдан узнал, что закрытые кланы массово захватывали беженцев, держали их в изоляции, истязали ради выкупа, а тех, за кого никто не платил, продавали или убивали. По различным оценкам, через эту преступную систему прошли более тридцати тысяч человек. Правозащитники годами фиксировали подобные случаи, но действенных способов освобождения почти не существовало.

Поиски привели Богдана к международной организации, помогавшей жертвам торговли людьми в пустынных областях. Там работала Лариса, несколько лет участвовавшая в освобождении пленников. Она сразу предупредила: официальные каналы здесь малоэффективны. Власти почти не контролируют удалённые поселения, а кланы не признают внешних законов.

Оставался один путь — искать людей внутри этой закрытой среды, которые за вознаграждение соглашались передавать сведения. Лариса была готова подключить свои контакты, но честно сказала Богдану, что поиски могут растянуться на годы и не дать результата. Он принял условия, потому что другой надежды у него не осталось.

Богдан продал квартиру и автомобиль, а затем взял кредиты. Деньги уходили на поездки, услуги информаторов и неофициальные выплаты. Лариса связалась с торговцами, водителями, местными активистами и людьми, работавшими с беженцами. Каждый из них видел лишь малую часть огромной теневой системы, поэтому сведения приходилось собирать буквально по крупицам.

Сначала требовалось хотя бы определить район, куда могли увезти пленников. Пустынная территория была огромной, а закрытых кланов насчитывались десятки. Первая слабая зацепка появилась лишь через восемь месяцев после начала совместной работы. Один информатор слышал от торговцев, что весной 2018 года группу иностранных туристов разделили и продали нескольким поселениям. Ни имён, ни точных мест он назвать не смог.

Эта непроверенная история всё же означала, что кто-то из похищенных мог остаться в живых. Богдан настоял на продолжении. Раз в несколько месяцев возникали новые слухи, но каждый оказывался обрывочным: один человек что-то слышал, другой видел чужую женщину издалека, третий не соглашался назвать источник.

За пять лет Богдан восемь раз приезжал в страну, где исчезла жена. Он бывал в населённых пунктах у границы пустыни, разговаривал с местными жителями и платил за любой намёк. Это становилось всё опаснее. Представители кланов не терпели чужого вмешательства, и Богдану не раз передавали предупреждения: если он продолжит задавать вопросы, последствия коснутся уже его самого.

Угрозы его не остановили. Для Богдана Оксана оставалась живой, пока не было доказано обратное. Перемены начались к концу 2022 года. Водитель, перевозивший товары между удалёнными поселениями, сообщил Ларисе, что в одном из кланов живёт светлокожая женщина с несколькими детьми. Она говорила не так, как окружающие, и трудилась вместе с остальными женщинами.

Информатор знал приблизительный район и имя главы клана, но не мог указать поселение на карте. Богдан с Ларисой решили тщательно проверить сведения. Они нашли ещё одного местного человека, способного проникнуть туда под видом торговца или родственника кого-то из жителей. Подготовка и ожидание заняли несколько месяцев, в течение которых Богдан боялся поверить, что наконец подошёл к разгадке…