Ночью в морг доставили утонувшего миллионера, но санитарка заметила деталь, не совпадавшую с официальной версией

Людмила взялась за край простыни двумя пальцами, скорузлыми от хлорки, въевшейся в трещины кожи, и потянула вниз медленно, как снимают присохшую повязку. Под серой тканью открылся воротник дорогого шерстяного костюма, тёмно-синего, с тонкой, почти невидимой полоской.

Потом галстук, завязанный чужим торопливым узлом. Потом рука, сложенная на груди, и на пальце массивный золотой перстень с тёмным камнем. Перстень она узнала сразу.

Сорок лет назад он сидел на другой руке, живой и тёплой, и холодил ей щёку, когда Виктор убирал ей волосы за ухо. Рука была не его. У Виктора мизинец на правой руке был кривой, сросшийся после волейбола.

Он ещё смеялся, что этим пальцем удобно чай размешивать. У этого человека пальцы лежали ровные, гладкие, с ухоженными ногтями, и между большим и указательным не было белого шрама, который она когда-то сама мазала ему облепиховым маслом после ожога паяльником в общежитии, в комнате номер сорок. Людмила потянула простыню выше, до подбородка покойного, потом до лба.

Лицо оказалось одутловатым, широким, с низкими бровями. Это был совершенно незнакомый человек в костюме Виктора Коваленко…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇