Пропажа цветов с могилы жены казалась странной, пока камера не показала неожиданную правду

Нина Андреевна пробыла с Дариной всю ночь. Павел вернулся домой под утро, извинился перед няней, заплатил ей сверху и отпустил отдыхать. Дарина и Максим уснули в детской. Мальчик уже знал маленький диван рядом с её кроватью и устроился там так, будто возвращался в привычное место.

Павел лечь не смог. Сидел на кухне, то пил воду, то просто держал стакан в руках. В голове снова и снова звучал шорох земли по крышке гроба. Если бы Максим не сбежал. Если бы он ушёл с кладбища на несколько минут раньше. Если бы сторож не поверил ребёнку. Где-то под мокрой землёй сейчас заканчивался бы воздух.

Под утро он всё же провалился в сон — тяжёлый, рваный, как падение. Проснулся с криком. Ему снилась крышка над лицом и глухие удары земли. За окном снова лил дождь. В соседней комнате Дарина с Максимом тихо смотрели телевизор, стараясь не шуметь. Их приглушённые голоса вернули Павла к реальности, но покоя не дали.

Чтобы забрать Максима насовсем, нужно было разобраться с его матерью. Пока Алина Бондарь числилась пропавшей, оформить усыновление никто не позволит. Но дело было уже не только в бумагах. Максим часто говорил о маме — без злости, с надеждой, будто она просто задержалась и однажды обязательно вернётся. Павел понимал: прежде чем решать судьбу мальчика, нужно хотя бы попытаться узнать правду…