Птица не покидала старый автомобиль на штрафстоянке, словно пыталась обратить на него внимание

Домой Валентина Павловна вернулась поздно. Сиделка уже ушла, оставив Андрея накормленным. Он не спал и смотрел в потолок. Жена села рядом и стала рассказывать: сначала о серьге, потом о следователе, спрятанных бумагах и маленькой переноске. Андрей слушал сосредоточенно, не перебивая. Когда она закончила, в комнате надолго установилась тишина.

— Ты сегодня другая, — наконец прошептал он.

— Устала сильнее обычного?

— Нет. Будто снова молодая.

Валентина Павловна тихо рассмеялась и поцеловала мужа в лоб. Ей казалось смешным слышать такое в шестьдесят два года, но Андрей не улыбнулся: он говорил совершенно серьёзно. По его словам, изменились её глаза. Она отшутилась, сославшись на свежий воздух и долгий день, хотя сама чувствовала внутри давно забытую живость.

Утром Савченко заехал за ней. Елена Сергеевна Коваленко жила на третьем этаже старого многоквартирного дома. Дверь открыла невысокая женщина примерно одного возраста с Валентиной Павловной, в домашнем халате, с тщательно окрашенными волосами. Увидев следователя, она сразу напряглась: прежние визиты приносили только вопросы и разочарование.

Гостей провели на кухню. Елена Сергеевна молча поставила чайник и села напротив. Роман Викторович предупредил, что приехал не с хорошей и не с плохой новостью, а лишь с найденной вещью. Он достал прозрачный пакет и показал украшение.

Женщина закрыла рот ладонью. Несколько секунд она не могла произнести ни слова, затем выдохнула, что это та самая бабушкина серьга. Последний раз обе лежали в шкатулке незадолго до исчезновения мужа. Позднее, когда Елена Сергеевна вновь открыла коробку, одного украшения уже не было. Олег никогда не трогал её вещи, а посторонние в квартире не появлялись.

Савченко положил пакет перед ней. Елена Сергеевна наклонилась и долго разглядывала розовый камень, не прикасаясь к упаковке, — а затем вдруг вскинула голову.

— У нас ведь жил воронёнок.

Олег любил птиц с юности. Когда супруги жили в небольшом посёлке, он держал голубей, а после переезда в город от этой привычки пришлось отказаться. Два года назад мужчина нашёл выпавшего из гнезда воронёнка. Птенца выкармливали из шприца и выхаживали. Олег назвал его Кузей. Выросшая птица поселилась на балконе, не боялась людей и узнавала хозяев. Олег даже пытался научить её говорить, но Кузя отвечал лишь смешным хрипом.

В день исчезновения мужа ручной ворон тоже пропал. Балконное окно осталось открытым, поэтому Елена Сергеевна решила, что Олег выпустил питомца перед уходом. В первые недели ей было не до птицы, и странное совпадение затерялось среди более страшных вопросов.

Савченко спросил, бывали ли возле Кузи другие вороны. Женщина задумалась и вспомнила крупную дикую птицу, которая часто прилетала на балкон. Она была темнее ручного ворона, держалась осторожно и отличалась светлым пером на левом крыле. Олег шутил, что у Кузи появилась подруга, подкармливал гостью хлебом и кусочками курицы. Со временем она привыкла к нему: при его появлении не улетала, а садилась на перила и слушала, как он с ней разговаривает.

— С белым пером? — переспросила Валентина Павловна, почувствовав холодок в груди.

— Да, на левом крыле.

— Именно она прилетала на стоянку. Каждый день.

Глаза Елены Сергеевны наполнились слезами. Она решила, что дикая ворона искала Кузю возле машины его хозяина. Тогда Савченко осторожно рассказал о переноске, найденной под обшивкой багажника, и о птичьих останках внутри. Женщина закрыла лицо руками. Олег никогда не оставил бы питомца запертым сознательно; значит, он торопился или был напуган настолько, что не успел вернуться.

— Я с первого дня говорила вам: он не бросил меня, — произнесла Елена Сергеевна, опуская руки. — Он от кого-то спасался и молчал, потому что боялся за меня.

На этот раз следователь не стал возражать. Тайники в машине и фамилии в записной книжке подтверждали её слова. Оставалось понять, куда мог уйти Коваленко и кому доверял настолько, чтобы попросить убежища. Роман Викторович попросил вспомнить любого старого друга, родственника или знакомого из другого города.

Елена Сергеевна долго перебирала в памяти имена. Наконец вспомнила сослуживца мужа по имени Вадим. Олег называл его Седым, иногда созванивался с ним и смотрел размещённые им в интернете записи о рыбалке. Мужчина жил далеко, точного адреса и фамилии жена не знала. Для Савченко даже такой крохотной зацепки оказалось достаточно: в записях пропавшего мог сохраниться нужный контакт…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇