Свекровь приехала на юбилей золовки за рулём моего кроссовера, но через пятнадцать минут во дворе появилась ещё одна машина

Машина резко затормозила буквально в пяти метрах от крыльца, подняв небольшое облачко пыли. За рулем сидела Людмила Васильевна. На пассажирском сиденье сиял, как начищенный медный таз, Роман.

Дверь водителя распахнулась с царственным щелчком. Людмила Васильевна, кряхтя, но стараясь сохранять величие, выкарабкалась из салона. Ее прическа, залитая лаком насмерть, не шелохнулась даже под порывом ветра.

Роман выскочил следом, сжимая в руках связку ключей. Именинница взвизгнула так, что у ближайшего фонаря, казалось, моргнула лампочка.

— Мариночка! — заголосила свекровь на всю улицу, раскинув руки в стороны, словно собираясь обнять весь мир. — Доченька, это тебе наш семейный подарок. Катайся, ты теперь у нас автоледи.

Толпа родственников ахнула. Дядя Толя выронил недоеденный салат. Тетя Лида всплеснула руками, чуть не выколов глаз соседу. Мариночка, забыв про статус просветленной дамы, рванула к машине, стуча каблуками по тротуарной плитке, как взбесившаяся лошадь.

Она бросилась на шею матери, потом брату. Оксана медленно спустилась по ступенькам и подошла к мужу, который с гордым видом наблюдал, как сестра гладит капот ее автомобиля.

— Погоди, а это разве не моя машина? — удивилась Оксана, остановившись напротив Романа.

Голос звучал ровно, даже слегка с любопытством. Роман ничуть не смутился. Напротив, его грудь выпятилась еще сильнее, напоминая надутый спасательный круг.

Он порылся во внутреннем кармане пиджака и извлек оттуда глянцевую цветастую бумажку.

— Ой, Оксан, ну брось ты эти мелочи. — Роман махнул рукой с таким пренебрежением, будто речь шла о куске черствого хлеба. — Вот, держи, я тебе листовку принес. Был сегодня в автосалоне, там сейчас акция — льготный автокредит для врачей. Это очень выгодно, я все посчитал.

— Пониженная ставка, куча бонусов, коврики в подарок. Оформишь на себя новую тачку, красивую, из салона. А свою старую завтра переоформишь на мою сестру по дарственной. Если возьмешь новую, то эта ведь тебе больше не нужна будет? А зачем нам две машины в семье? А у Маринки юбилей. Мать так хотела дочку порадовать, ты бы видела.

Оксана перевела взгляд с лица мужа на скомканную листовку, которую он пытался впихнуть ей в руку. Затем посмотрела на Людмилу Васильевну. Свекровь стояла подбоченившись с видом человека, совершившего великое благодеяние.

— Оксаночка, мы ж семья, — громко заявила свекровь, чтобы слышали все собравшиеся. — В семье надо делиться. Ты себе еще заработаешь: у тебя зарплата хорошая, льготы. А Мариночке с ее нестабильным доходом машина нужнее. Она, между прочим, мандалы рисует, ей к клиентам на другой конец города ездить надо.

— Ромочка, то есть ты взял ключи от моей машины, посадил за руль свою маму, которой я не разрешала управлять автомобилем, и пригнал ее сюда, чтобы подарить сестре, предложив мне влезть в долг на миллионы?

— Ну, я ж говорю: листовка…