Утренний визит свекра в дом молодоженов закончился шоком

Потом заставлял ее снова и снова чистить туфли, пока кожа не начинала блестеть так, как ему нравилось. Гладить вещи приходилось по нескольку раз. Кирилл Степанович мог провести пальцем по рукаву, найти едва заметную складку и молча вернуть рубашку обратно.

После одежды настала очередь кухни. Здесь главной стала Ирина Павловна — тихая, покорная, говорившая почти шепотом.

— Картошку для супа режь крупнее, — наставляла она. — А морковь мельче. Кирилл Степанович иначе есть не будет.

Лиза устало вздохнула.

— Так?

— Нет, чуть меньше. Совсем чуть-чуть. Примерно на пару миллиметров.

«Он даже не заметит, какого размера кусок картошки в тарелке», — подумала Лиза.

Но он заметил. За обедом Кирилл Степанович молча попробовал суп, затем поднялся, собрал тарелки, вылил их содержимое обратно в кастрюлю и унес ее из кухни. Через минуту вернулся с пустой кастрюлей, поставил перед Лизой и произнес всего одно слово:

— Переделать.

Однажды Лиза решила просто перекусить. Она сделала бутерброд и уже шла с ним в комнату, когда из коридора вышел Кирилл Степанович.

— Елизавета, ты помнишь правило о приемах пищи?

Она остановилась, сжимая тарелку.

— Я голодная.

— Если тебе не хватает еды за столом, порции пересмотрим. Сейчас выброси.

— Но это же продукты. Их нельзя так переводить.

— Верно, — кивнул он. — Выбрасывать еду плохо. И вина за это будет на тебе. Ответственный человек думает заранее. Особенно если собирается жить с моим сыном и рожать в этой семье детей.

Лиза смотрела на него и чувствовала, как внутри становится холодно.

«Никого я тебе не рожу», — подумала она с такой злостью, что сама испугалась силы этой мысли.

Однажды она проспала. Накануне долго не могла уснуть, а утром не услышала будильник. Увидев время, Лиза вскочила, накинула халат, но в панике выбежала в коридор почти как была — в ночной сорочке.

На кухне ее уже ждал Кирилл Степанович…