Я несколько раз объяснила, кому принадлежит автомобиль, однако свекровь услышала меня только после одного поступка

— Значит, ключики передашь Олесеньке завтра утром. Ей ко второй паре в институт. Неохота ребенку в маршрутках трястись, — отчеканила Лидия Степановна тоном кондуктора, поймавшего зайца. Она стояла посреди двора, уперев руки в бока.

Пальто на ней топорщилось, как панцирь рассерженной черепахи. Перед ней новенькими боками сверкала вишневая иномарка, еще пахнущая заводской резиной и полиролью. Машина, ради которой Марина три года откладывала каждую копейку со смен, экономила на отпусках и крутила домашнюю консервацию, чтобы не тратиться на магазинные разносолы.

Марина медленно закрыла водительскую дверь. Щелкнула сигнализацией. Ключ привычно лег в карман куртки.

— Вы сейчас, Лидия Степановна, какую-то шутку юмора пытаетесь изобразить? — Марина прищурилась, глядя на свекровь. — Какая Олесенька? Какой институт? Это моя машина!

— Твоя! — свекровь растянула гласную так, словно пробовала на зуб тухлый лимон. — А Богданчик мой что, мимо проходил? Вы в браке. Значит, покупка общая. А раз у сына моего прав отродясь не водилось и за руль он не садится, значит, его половина автомобиля простаивает. Музейный экспонат, что ли? Родную сестру возить некому.

Богданчик, тридцатилетний детина с легкой щетиной и глазами побитого спаниеля, стоял чуть подальше. Он упорно делал вид, что невероятно увлечен изучением трещины на асфальте.

— Богдан! — Марина повернулась к мужу, игнорируя грохочущую свекровь. — Ты маме что сказал? Чьи деньги мы в автосалон сегодня отнесли?

Муж затравленно шмыгнул носом, переступил с ноги на ногу и пробормотал куда-то себе в куртку:

— Ну, мои там тоже есть. Я же тридцать тысяч с премии добавил. На коврики. И на эту, как ее, защиту картера.

Марина громко и коротко рассмеялась. Звук получился такой, что соседский рыжий кот, спавший на капоте старого седана, подорвался и удрал в подворотню.

— Тридцать тысяч. Из полутора миллионов. — Марина кивнула, фиксируя математический факт. — Лидия Степановна, половина Богдана — это резиновые коврики. Пусть Олеся приходит, забирает их и едет на них в институт. Как Аладдин. Ключи от машины я не дам…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇