Жених считал, что мои родители оплатят почти всю квартиру до тех пор, пока мама не сказала того, чего он точно не ожидал

Она не заплакала, не вскочила, не хлопнула дверью. Смотрела на жениха с холодной внимательностью, будто впервые изучала предмет, который долго принимала за что-то другое.

— Разница, Богдан, в двенадцати миллионах и тридцати тысячах, — сказала она.

Но раньше, чем спор разгорелся, заговорила Лариса Андреевна. Она не повысила голоса, не схватилась за сердце, не обрушила на сватью упрёки. Наоборот, улыбнулась мягко, почти ласково, поправила воротник блузки и повернулась к нотариусу.

— Оксана Мироновна, я с вами согласна в одном: всё должно быть честно, — произнесла она таким тёплым тоном, что Мирослава вновь перестала дышать. — Никаких обид, никаких семейных сцен. Раз уж мы собрались, доведём вопрос до ясности.

Оксана Мироновна облегчённо откинулась на спинку кресла. Богдан бросил на Марину торжествующий взгляд: вот, взрослые договорились, а ты зря упрямишься.

— Роман Ярославович, — продолжила Лариса Андреевна, открывая банковское приложение на планшете, — мой счёт позволяет прямо сейчас перевести недостающие пять миллионов девятьсот семьдесят тысяч на ваш депозит…