Женщина не сразу поняла, почему её отражение изменилось так резко всего за одну ночь
Тогда библиотека была настоящим живым местом. Новые книги приходили регулярно, полки не пустели, читателей было столько, что порой в зале не хватало стульев. Заходили рабочие, жители соседних домов, школьники, пенсионеры. Кто-то искал роман на вечер, кто-то справочник, кто-то детскую книжку, кто-то журнал или энциклопедию.
Марина сначала ходила в ясли, потом в детский сад, но самым любимым местом для нее оставалась бабушкина библиотека. Там пахло клеем, деревом, бумагой и особой тишиной, которая не давит, а укрывает. Именно там она научилась читать. Там же впервые увидела аккуратный библиотечный почерк — ровные, ясные буквы, которыми заполняли карточки для каталога.
Каталожные ящички казались ей маленькими шкатулками с тайнами. Читатели перебирали плотные карточки, искали автора или название, и Марине казалось, что весь огромный мир разложен по алфавиту, терпеливо стоит в ящиках и ждет, когда его позовут.
Жизнь без бабушки Марина не могла представить. Они и внешне были похожи, хотя в подростковом возрасте Марина вдруг резко вытянулась и стала выше Нины. Бабушка смеялась:
— Ну вот, теперь Дюймовочкой тебя уже не назовешь.
Нина умела вытаскивать радость из самого малого. Когда денег хватало только на необходимое, она говорила:
— У моей девочки все получится. Нас бабушкина школа не подведет: и из пустого котелка праздник сварим.
И правда, праздник у них находился почти всегда. То оладьи, то ватрушки, то картошка, запеченная так, что корочка становилась золотой и хрустящей. Одежду для Марины тоже как-то придумывали. Нина могла переделать старое платье, юбку или блузку так ловко, что вещь выглядела новой. Никто бы не догадался, какой у нее был прежний фасон и сколько лет она пролежала в шкафу.
На дни рождения бабушка накрывала сладкий стол так, что гости сначала любовались, а уже потом ели. Торты, крем, пирожные, булочки — все было сделано из самых простых продуктов, но казалось чудом. Марина эти уроки запомнила на всю жизнь. Позже на работе ее считали человеком, который способен испечь что-нибудь удивительное даже тогда, когда в доме почти ничего нет.
Даже когда зрение начало сдавать, Марина оставалась главной мастерицей по домашней выпечке. Иногда она думала, что могла бы повторить известную мысль о книгах, которым человек обязан лучшим в себе. Только обязательно добавила бы: и бабушке тоже.
Нина воспитывала ее не строгими речами. Она воспитывала тем, как жила. Книгами. Терпением. Умением не рассыпаться, даже когда судьба бьет по самому больному месту. Она пережила две потери подряд и все же собрала себя заново — не ради себя, ради маленькой девочки, которая нуждалась в ней больше всего.
Примерно с девятого класса они начали говорить о будущем. Уезжать Марина не хотела. Она была привязана к дому, к бабушке, к привычным улицам и не представляла, как окажется где-то далеко. Значит, выбирать надо было из того, что находилось рядом…
