— Оксана, ты этот сухарь до вечера мусолить собираешься? Голос Людмилы Остаповны ударил по кухне резко, будто кто-то хлопнул дверцей старого шкафа. Оксана не вздрогнула. Она отставила чашку с кофе, прожевала ломтик подсушенного хлеба...
— Остап, я правильно услышала: ты взял отпуск на месяц, чтобы твоя мама пожила у нас, а я, раз уж теперь дома, готовила, стирала и создавала всем уют? Дарина застыла в прихожей, не успев...
— Вор, — сказал Дмитрий так громко, что на лестничной площадке хлопнула дверь этажом выше. — Ты украл деньги у волонтеров, Саша. У своих же украл. Александр Коваленко стоял у кухонного стола в старой...
— Я отдал ей наш конверт, Марта. Весь. До последней бумажки. Остап стоял на кухонном пороге так, будто принес домой не новость, а обломок рухнувшего неба. На одной ноге у него еще был кроссовок,...
— Ты понимаешь, что я могу отнести заявление сегодня же? — Артём говорил так спокойно, будто обсуждал не судьбу человека, а просроченный счёт. — Хищение денег фонда, подделка накладных, злоупотребление доверием. У тебя, Лена,...
— Чтобы я тебя здесь больше не видел! — Роман орал в тесной прихожей так, будто перед ним стояла не жена. — Вон отсюда. И духу твоего в маминой квартире не было! Оксана молчала...
В 1929 году в небольшом селе, затерянном в низине между темным лесом и холодной быстрой речкой, имя Марины Гончарук вдруг стало произноситься так часто, будто речь шла не о живой девушке, а о беде,...
Максим Левченко должен был провести за границей еще три недели. В расписании стояли переговоры, ужины с инвесторами, закрытые встречи и финальная подпись под соглашением, которое могло стать самым крупным успехом его гостиничной империи. Но...
