Два брата вернулись с фронта и зашли в кафе

Голос на том конце помолчал и ответил:

— Перезвоню через час. Не отключай телефон.

Он перезвонил через 40 минут, назвал имя и номер. Адвокат. Зинченко Марина Андреевна, бывший следователь по особо важным делам, сейчас на вольных хлебах. Берёт дела против чиновников и бизнесменов, не боится никого. Репутация: если Зинченко взялась, значит, у ответчика проблемы.

Я позвонил ей в 8:00 утра. Она ответила деловым, собранным голосом женщины, которая привыкла к ранним звонкам и плохим новостям. Я изложил всё за 10 минут.

Она слушала, не перебивая. Когда я закончил, она сказала: — Приезжайте с материалами сегодня к двум. Адрес такой-то. И, помолчав, добавила: — Если половина того, что вы мне рассказали, подтвердится документально, у Лисовского начнутся очень серьёзные неприятности.

В 2 часа дня мы сидели в её кабинете. Небольшая комната в офисном здании на третьем этаже. На стенах дипломы и благодарственные письма. На столе стопки папок. Марина Андреевна оказалась женщиной лет сорока, невысокой, сухощавой, с короткой стрижкой и взглядом, от которого хотелось сесть равнее. Она смотрела на тебя так, как хирург смотрит на рентгеновский снимок, — насквозь, без эмоций, видя только суть.

Я выложил на стол всё: флешку с видео из кафе, диктофонную запись Ириного рассказа об угрозах, документы о строительных нарушениях, которые передал мне Степанович, контакты бывших работников Лисовского. Марина Андреевна просматривала каждый документ с профессиональной скоростью, делая пометки в блокноте.

Через полчаса она подняла голову и сказала: — Материал сырой, но перспективный. Видео из кафе — это хулиганство. Угроза убийством. Строительные нарушения тянут на мошенничество в особо крупном размере плюс ДТП, если найдём основание для пересмотра закрытого дела. Если мы соберём всё это в один пакет и подадим не в городскую прокуратуру, которая у Лисовского в кармане, а в областную, да ещё с копией в следствие, Лисовский не отвертится. Но мне нужны живые свидетели, готовые дать показания под запись.

Я сказал, что свидетели будут. Она посмотрела на меня тем самым рентгеновским взглядом и ответила: — Надеюсь, вы понимаете, что после подачи заявления давление на вас усилится многократно. Лисовский бросит всё, что у него есть: деньги, адвокатов, связи. Он будет давить на свидетелей, давить на вас, давить на семью. Вы готовы к этому?

Я посмотрел на Артёма. Он сидел рядом, спокойный, как скала.

— Мы готовы, — ответил я. — Нас уже давили. Мы не прогнулись.

Одновременно с юридической подготовкой мы работали по второму фронту. Кот и доктор за трое суток нашли четверых бывших работников Лисовского, готовых дать показания. Не все были смелыми. Двоих пришлось уговаривать. К одному бывшему электрику по имени Фёдор я лично приезжал домой три раза.

Он открывал дверь, смотрел на меня испуганными глазами и говорил: — Не могу, у меня дочь, у меня внуки.

Я не давил. Я просто рассказывал ему про Иру, про девушку, которая сидит в инвалидном кресле, потому что сын Лисовского сел за руль пьяным, про то, как этот сын теперь приходит к ней и издевается, про записку про гроб.

На третий раз Фёдор выслушал, помолчал и сказал: — Ладно, чёрт с ним, дай мне бумагу, я напишу.

Параллельно видео из кафе попало в местные паблики анонимно. Я не буду говорить, кто это сделал. Скажу только, что Тень умел работать с интернетом не хуже, чем с оптическим прицелом. Видео было коротким — минуту 40. Три парня издеваются над девушкой в инвалидном кресле. Лица видны чётко. Номера машин на парковке читаются. Подпись под видео была простой: «Мажоры развлекаются». Город и дата.

За первые сутки видео набрало 12 000 просмотров. За вторые сутки — 50 000. На третий день о нём написали два местных новостных портала. Журналистка с одного из них, молодая девчонка с горящими глазами, нашла номер Иры и попросила комментарий.

Ира позвонила мне и спросила: — Что делать? Я сказал: — Говори правду, всю правду.

Она дала интервью без имён, без адресов, просто рассказала свою историю: как попала в аварию, как виновник ушёл от ответственности, как он теперь приходит в кафе и унижает её, как никто не заступился, пока не появились двое незнакомых мужчин…