«Если вы позволите мне остаться, я приготовлю ужин» — сказала бездомная девушка вдовцу фермеру

В пятницу под вечер Оксана замочила горох для завтрашней еды. Солнце уже не грело так сильно, когда у ворот остановилась повозка. Из неё вышли три женщины. Впереди шла Галина — вся в чёрном, с чётками на шее и Библией под мышкой. За нею держались две деревенские кумы, Ольга и Наталья. Выражения у всех были такие, будто приехали на похороны. Однако последние две скорее ждали зрелища, чем собирались говорить сами.

Михаил ещё работал в поле. Оксана оставалась с детьми одна. Увидев, куда направляются посетительницы, она почувствовала холод в животе, но выпрямилась и вышла на веранду. Ничего дурного она не делала. Это не избавляло от страха, зато позволяло встретить чужие взгляды, не опуская собственного.

Приглашения Галина не дождалась.

— Я пришла к детям. За крестницу отвечаю, мне положено знать, как она живёт. В деревне все беспокоятся о том, что здесь происходит.

Произносилось это с притворной мягкостью, но Оксана чувствовала, как её осматривают и оценивают. Особенно долго гостья задержала взгляд на бельевой верёвке, где девичье платье висело возле Михаиловых рубашек. Потом осмотрела кухню, словно искала то, что можно поставить хозяйке в вину. Подняла Даню с пола и принялась разглядывать, будто ждала увидеть признаки плохого ухода.

Оксана не возражала. Противопоставить репутации лавочницы ей было нечего, кроме собственной правоты, а она слишком хорошо знала, как мало весит правота безродной бедной девушки в чужой деревне. Каждый её ответ могли превратить в дерзость. Поэтому она позволила женщинам ходить по дому, молча снося придирчивые взгляды и гримасы двух спутниц.

На мгновение ей показалось, что посетительницы уйдут, не добившись повода для ссоры. Но в гостиной Галина остановилась у портрета. Посмотрела на тёмноволосую женщину, затем повернулась к Оксане. Глаза её увлажнились. Горе в этом выражении было настоящим лишь отчасти; остальное предназначалось той, которую она пришла поставить на место.

— Здесь жила Елена. Это её дом, её кухня, её дети. Нельзя зайти с дороги и просто занять всё, что принадлежало другой женщине. Её ведь совсем недавно похоронили.

После этих слов Галина всмотрелась в Оксану внимательнее, уже с другим выражением.

— А ты ведь на неё похожа. Волосы такие же, ходишь похоже. Может, потому он тебя так легко и оставил? Ему, может быть, вовсе не помощница понадобилась. Копию покойной жены нашёл…