Он был богат и одинок… пока на его пороге не появилась она

Она пришла к его воротам, когда идти было больше некуда

До ворот оставалось совсем немного, а Андрей Савчук уже почти не чувствовал лица. Февральский ветер пробирался под ворот дублёнки, и, сколько ни хотелось прибавить ходу, холод не отставал. Андрей возвращался с северных пастбищ: после метели надо было проверить молодых телят. Обошлось лучше, чем он боялся. Теперь можно было добраться до камина и наконец отогреться.

Его хозяйство, «Лунный камень», занимало речную долину в двух днях пути от ближайшего городка. Десять лет назад Андрей взялся обустраивать эту землю. Ему было двадцать восемь; теперь — тридцать восемь, и за прошедшие годы здесь появились стада, насчитывавшие три тысячи голов, работа для двадцати человек и большой дом из тёсаного камня. О доме знали далеко за пределами долины, а о хозяине говорили с уважением и некоторой опаской. Савчук умел быть справедливым, но мягкости от него не ждали.

Денег у него хватало. Людей вокруг — тоже. Только одиночество от этого меньше не становилось.

У каменного столба возле ворот темнело что-то бесформенное. Андрей принял это за брошенный мешок и уже хотел проехать, когда свёрток едва заметно шевельнулся. Он сразу спешился.

На земле лежала девушка. Поджав ноги, она словно пыталась спрятаться в собственном тонком платье. Ни пальто, ни шали. Тёмные волосы, перепачканные грязью, закрывали часть лица; губы отливали синевой. Андрей опустился рядом, сорвал перчатку и нащупал пульс на шее. Слабый, но ровный. Она ещё дышала.

— Господи, — вырвалось у него.

Он подхватил её, удивившись, как мало она весит, затем устроил перед собой в седле и крепко прижал к груди. Конь недовольно фыркнул под непривычным грузом, но двинулся к дому. Ещё недавно Андрей думал только о том, чтобы скорее отогреть собственные руки. Теперь весь холод словно сосредоточился в этом лёгком теле, которое он держал перед собой. Девушка не могла ни помочь ему, ни сказать, что с ней произошло. Оставалось одно: довезти её до тепла. Все вопросы, сколько бы их ни было, должны были подождать.

На крыльце Андрей толкнул дверь плечом.

— Галина! Скорее сюда!

Экономка вышла из кухни, на ходу вытирая руки о передник. Галина Ткачук служила у него с самого основания хозяйства. Крепкая седоволосая женщина обычно не тратила слов понапрасну, но, увидев ношу хозяина, не удержалась от испуганного возгласа.

— Где вы её взяли?

— Возле ворот. Совсем замёрзла. Нужны одеяла и горячая вода.

Андрей понёс незнакомку в гостевую комнату внизу. Пока Галина собирала всё необходимое, он уложил девушку на кровать и принялся снимать с неё мокрые ботинки. Сквозь грязь угадывалась мягкая добротная кожа; обувь была хорошая, но долгая дорога почти доконала её. Болотного цвета платье тоже когда-то стоило недёшево. Теперь в нескольких местах ткань была разорвана.

Галина принесла одеяла и кувшин. За её спиной показалась молодая служанка Олеся.

— Кто это, господин Савчук?

— Пока не знаю. Принеси бульон, Олеся. А вы, Галина, переоденьте её в сухое.

Укрыв девушку, Андрей оставил женщин одних. В коридоре он прислонился к стене и только тогда почувствовал, как устал. От кухни тянуло жареным мясом; к этому привычному запаху примешивался можжевельник — Галина любила ставить его ветки на стол. Тёплый дом жил своим обычным вечером, и оттого ещё труднее было представить, что совсем рядом человек умирал от холода.

Андрей снял дублёнку, повесил на крючок. Одна, без лошади, в таком платье. Как она вообще дошла сюда?

Через полчаса дверь тихо закрылась за Галиной.

— Пришла в себя. Немного бульона выпила.

— Что рассказала?

— Имя. Оксана Бондарь. Поблагодарила и опять глаза закрыла. Сил у неё нет, господин Савчук. И голодала она явно не один день.

— Откуда шла?

Галина покачала головой.

— Пусть отдыхает, — решил он. — Завтра поговорим.

Сам Андрей в ту ночь так и не лёг. Сидел перед огнём в кабинете, понемногу отпивал виски из стакана и перебирал возможные решения. Отправить незнакомку в городок, к местному служителю закона? Подержать у себя, пока не поправится? Он привык знать, что ждёт его завтра, кому поручена работа, какие дела требуют внимания. Для девушки, найденной у ворот, в этом порядке места не было…