Это деньги сына! — заявила свекровь. Я тут же отменила ее лечение и..

Лидия Степановна позвонила на четвёртый день после выписки. Марина сидела в офисе над бюджетом проекта. Увидев имя на экране, она на этот раз приняла вызов.

Поздороваться свекровь не сочла нужным.

— Ты решила, чтобы вся родня тебя неблагодарной считала? Старшая сестра только что спрашивала, почему ты даже на выписку не приехала. Что я должна ей говорить? Ты против меня взбунтовалась?

Голос был сильным, сердитым, без следа недавней больничной немощи. Марина слушала, постукивая ручкой по чистой странице блокнота. Потом спокойно ответила:

— Считайте меня неблагодарной, мама. Вы правы.

На другом конце замолчали. Лидия Степановна, видимо, ждала возражений, оправданий, любой попытки доказать, что о ней думают несправедливо. Подготовленная отповедь лишилась привычного продолжения.

— Вашими делами теперь займётся Виктор, — сказала Марина. — Вы его мать. Кому ещё о вас заботиться?

Несколько секунд слышно было только дыхание. Затем свекровь сорвалась на крик:

— Да как ты смеешь! Совсем место своё забыла? Дрянь неблагодарная! Чего ты хочешь добиться?

— Ничего. Пусть каждый занимается тем, чем должен.

Марина завершила разговор, прежде чем посыпались новые обвинения. Положила телефон рядом с монитором, взяла ручку поудобнее и обвела спорную цифру в расчётах. На работе оставалась задача, которую нужно было закончить; телефонная ссора больше не отвлекала её от работы.

От прежнего семейного уклада она стала отходить последовательно. Не созывала домашних на разговоры и не повторяла заново свои условия. Просто оставляла без ответа требования, которые ещё недавно считала обязательными к исполнению. Пустые места обнаруживались сами: там, где все привыкли к её участию, внезапно ничего не происходило.

Через месяц Лидии Степановне исполнялось шестьдесят два. Прежде подготовка для Марины начиналась задолго до праздничного вечера. За неделю она заказывала стол в дорогом ресторане в центре. После работы, вместо дороги домой, ехала в большой универмаг, выбирала хороший платок. Утром в день рождения нужно было ещё сварить борщ и отвезти свекрови целую кастрюлю. Ужин в ресторане не заменял домашнего угощения, а подарок не отменял ни того ни другого. Все эти заботы приходились на разные часы и разные дни, однако для Виктора соединялись в один готовый праздник, на который оставалось вовремя приехать. Порядок казался настолько установленным, что он даже не спрашивал, будет ли всё готово.

Теперь, пока он брился, Марина сидела на диване с телефоном. В банковском приложении ввела счёт свекрови, затем сумму — пять тысяч. Этого хватило бы на торт из кондитерской. Подтвердила перевод и больше подготовкой к празднику не занималась.

Минут через тридцать Виктор вышел из ванной и принялся завязывать галстук.

— В какой ресторан мне вечером подъезжать? Я сразу с работы буду.

— Ни в какой. Я ничего не заказывала. Деньги на подарок маме отправила.

Он так и застыл с концами галстука в руках.

— Подожди. А праздничный ужин?

— Тебе виднее, что ей понравится. Она твоя мама.

Марина взяла сумку в прихожей, надела туфли.

— У меня вечером встреча. Меня не будет.

Дверь закрылась. Виктор остался с вопросами, ответы на которые прежде всегда готовила жена…