Когда врачи сообщили, что умирающей жене осталось жить не более трёх суток, мужчина крепко стиснул её руку и, едва скрывая торжество, прошептал: «Наконец-то я дождался!

Из коридора донеслись плеск воды и шорох тряпки. Повернуть голову к двери удалось лишь с третьей попытки.

— Девушка… — позвала Лариса так тихо, что сама едва расслышала свой голос.

Работа за дверью прекратилась. В палату заглянула молодая санитарка — худая, темноволосая, с собранными простой заколкой волосами и усталым лицом без косметики. Лариса замечала её раньше: та мыла пол, меняла постельное бельё, выполняла тяжёлую и неблагодарную работу, которой пациенты обычно старались не видеть.

— Вам хуже? Я сейчас приведу медсестру, — встревожилась девушка.

— Не зовите никого. Сначала скажите, как вас зовут.

— Дарина. Дарина Андреевна Мельник.

— Закройте дверь, Дарина. Мне потребуется ваша помощь.

Санитарка подчинилась, хотя тревога на её лице только усилилась. Подойдя к кровати, она внимательно всмотрелась в глаза пациентки.

— Вы понимаете, где находитесь? Может, всё-таки вызвать врача?

— Я всё понимаю и ясно соображаю. Но никто не должен узнать об этом — ни врачи, ни мой муж. Возьмите телефон из тумбочки, найдите Максима Романовича Левченко и попросите немедленно приехать. Скажите, что Лариса Черненко вызывает его по личному и неотложному делу.

Дарина испуганно отступила.

— Я не имею права вмешиваться. Если руководство узнает, меня уволят.

— Выполните мою просьбу, и вам больше не придётся бояться этой работы, — Лариса остановилась, дожидаясь, пока хватит воздуха. — Вы получите достаточно, чтобы никогда не мыть чужие полы и не считать дни до зарплаты. Я не брежу и не шучу.

Недоверие не исчезло из взгляда девушки, однако за ним Лариса заметила отчаянную надежду. Жизнь, судя по всему, давно прижала санитарку к стене, а люди в таком положении не сразу доверяют даже протянутой руке.

— Вы действительно это обещаете?

— Да. Только позвоните сейчас. Времени почти нет.

Дарина достала мобильный и дрожащими пальцами пролистала список контактов. После нескольких длинных гудков на другом конце ответили.

— Максим Романович? Простите, я звоню из клиники по просьбе Ларисы Михайловны Черненко. Она просит вас срочно приехать. Да, она в сознании и говорит вполне ясно. Дело личное, очень важное.

Адвокат задал несколько вопросов, затем санитарка передала телефон пациентке. Удерживать аппарат было трудно, и Лариса прижала его к щеке обеими руками.

— Максим, это действительно я. Сегодня нужно составить новое завещание. Привези нотариуса и никому не сообщай, куда едешь. Я не могу ждать до завтра.

После короткой паузы Левченко ответил без лишних расспросов:

— Понял. Примерно через час буду у вас.

Вернув телефон Дарине, Лариса попросила её остаться и хранить молчание. Позже девушка должна была подтвердить, что пациентка осознавала происходящее.

— Почему вы выбрали меня? — всё же спросила санитарка. — Вы меня совсем не знаете.

На губах Ларисы появилась слабая усмешка.

— Именно поэтому. Вы не связаны с моим кругом и не нужны моему мужу. Он не считает вас опасной, а значит, не станет заранее подкупать или запугивать. Сейчас мне необходим человек, которого он даже не заметил.

Дарина опустилась на стул у стены. За окном быстро темнело, октябрьский вечер сжимал палату серыми сумерками. Пациентка то проваливалась в короткую дрёму, то снова открывала глаза. Единственной задачей было сохранить сознание до приезда адвоката.

В эти минуты обе почти не разговаривали. Дарина прислушивалась к шагам в коридоре и каждый раз боялась, что вернётся Олег или войдёт медсестра. Лариса замечала её напряжение и понимала, какой невероятной кажется просьба незнакомой умирающей пациентки. Но объяснять всё заранее было опасно и слишком тяжело. Она лишь несколько раз открывала глаза, убеждалась, что девушка не ушла, и снова экономила силы для главного разговора.

Почти ровно через час в дверях появился Максим Романович Левченко — подтянутый сорокапятилетний мужчина в строгом костюме. За ним вошла его двадцатипятилетняя помощница Ирина Бондаренко с планшетом под мышкой. Адвокат внимательно посмотрел на Ларису и сразу понял, что обычным оформлением документов этот визит не закончится.

— Закройте дверь, — распорядилась она. — Сядьте поближе и приготовьтесь слушать. Мне нужно успеть рассказать всё…