Крик невесты за дверью разбудил весь отель. Отец выбил дверь и, увидев, то что случилось
Никаких жён и детей у Богдана Михайловича и в помине не было. Мужчина мечтал обзавестись семьёй и очень надеялся на то, что Катя подарит ему долгожданного наследника. Девка она видная и, судя по всему, здоровая.
«На такой жениться — мечта любого мужчины», — рассуждал Богдан Михайлович, когда делился с отцом планами на будущее. А кроме Михаила Григорьевича у него никого и не было. Из всей родни вдвоём на белом свете остались.
Мать уже несколько лет как в могиле лежала. Славная была женщина Анна Петровна. Об одном только сожалела: внуков так и не увидела.
«Не судьба мне, видимо, застать тебя женатым и счастливым. Но ты уж хотя бы после того, как я отойду в мир иной, озадачься этим вопросом. А то вон уже какой стал. Бороду отрастил длиннее, чем у отца.
А вот сына-то нет. Так бобылём и живёшь. Ну где ж это видано-то? Вот и нам с твоим папой тоже не повезло.
Только одного сына Господь дал. А ведь и он, и я родом из больших, полноценных семей. Ты, наверное, уже и не помнишь, сколько в нашем доме раньше народу было.
Все вместе жили, под одной крышей. А потом разбежались кто куда. Нет у нынешнего человека ценности семьи, даже у деревенского.
Про городских я вообще молчу. Так вот, поколения и уничтожаются. Но ты-то у меня вырос правильным мальчиком».
«Правильным, правильным», — кивал Богдан Михайлович, который уже давным-давно был совсем не мальчиком. И всё время думал про себя: а ведь мать права. Стыдно такому взрослому мужику неженатым ходить.
В его возрасте прошлое поколение уже внуков нянчило, а Богдан даже детьми не обзавёлся. Всё некогда было. Пахал и пахал на благо будущего.
Только спрашивается, ради чего. «Кому вот достанется наша сыроварня, когда и меня, и тебя не станет?» — грустно размышлял он за вечерним чаем с отцом. «А конюшню? Ну кому всё это нужно?» «Твоя правда, сынок», — кивал Михаил Григорьевич.
«Жениться тебе пора. Что я, что мать давно об этом твердим. Только ты всё никак не решишься.
С твоим положением любая невеста тебе под стать. Выбирай не хочу. А девиц на деревне видных много, пока ещё все не разбежались.
Да вон, ту же самую Олесю возьми». «Э, нет», — поморщился Богдан Михайлович. «Уж кого-кого, а вот Олесю я точно брать не буду.
Мне другая по душе. Катерину хочу сосватать. Как думаешь, отдаст мне её Василий?» «А куда ж он денется-то?» — рассмеялся Михаил Григорьевич.
«При их-то материальном положении, небось, только рады будут. Вот семья-то семья. Вроде так, со стороны посмотришь, вполне себе люди живут, а денег как не было, так и нет.
Да и где ж их взять-то?» «А негде», — хихикнул Богдан. «Если только в моём кармане». «Ладно, отец, считай, порешали.
Вот как только, так сразу. Надо, чтобы у матери хотя бы 40 дней прошло. А то где ж это видно-то? Не успели схоронить, как уже на свадьбе гулять будем.
Не делай этого. Думаю, что ты со мной согласен». «Это да», — кивнул Михаил Григорьевич.
«Но ты это, тоже особо-то не оттягивай. А то опять отложишь до лучших времён. Потом и вовсе о своих намерениях забудешь.
Я ж тебя знаю. Такой уж ты человек. И вроде бы богатый, всё при тебе.
А как только дело доходит до того, чтобы принять какое серьёзное решение, сразу в кусты. Это не есть хорошо. Думаю, что и сам понимаешь».
«Ещё как», — вздохнул Богдан, все мысли которого были заняты только одним — свадьбой. Покойную мать, конечно, жаль, но ведь жизнь-то продолжается…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
