Максим вернулся, чтобы удивить родителей, но нашёл их на снегу у своей виллы — и это было связано с его успехом

Геннадий сделал глубокий вдох, словно слова причиняли ему физическую боль.

— Она говорила кому-то, кого назвала «дорогой», что всё идёт по плану, что скоро тебе придётся выбирать между нами и своей фирмой и что, когда ты выберешь неправильно, как она и ожидала, она наконец получит полный контроль над твоей фирмой.

Максим почувствовал, как пол уходит у него из-под ног.

— Это не имеет смысла. У Светланы нет доступа к моей фирме. Мы партнёры в некоторых проектах.

— Но, сынок… — голос Геннадия надломился. — Она сказала ещё кое-что. Она сказала, что Оксана выполнила безупречную работу, блокируя звонки от этого надоедливого старика. Ты так и не узнал, что твой отец болен, пока не стало слишком поздно сделать что-то, что не выставило бы тебя злодеем.

Мир Максима рухнул в одно мгновение. Оксана, его доверенная ассистентка на протяжении трёх лет, женщина, которая управляла его расписанием, фильтровала его звонки, имела доступ ко всей его электронной почте, была невидимой рукой, которая держала его вдали от родителей, даже когда они отчаянно в нём нуждались.

— Почему? — прошептал Максим. — Почему она это сделала?

Геннадий положил дрожащую руку на руку сына.

— Потому что кто-то её об этом попросил или заплатил ей. И я думаю, мы оба знаем, кто.

Прежде чем Максим успел ответить, Олег вбежал на кухню с лицом, искажённым страхом.

— Максим Владиславович! Лариса Сергеевна упала наверху. Она не может встать.

Максим взбежал по лестнице через три ступени. Сердце колотилось в груди. Он нашёл мать на полу в коридоре, дрожащими руками державшую конверт из обёрточной бумаги. Её лицо было бледным, а по морщинистым щекам текли слёзы.

— Мама, мама, что случилось?

Максим опустился на колени рядом с ней, помогая ей сесть, прислонившись к стене. Лариса дрожащими руками подняла конверт. Её голос был надломленным шёпотом.

— Сынок, я зашла в твой кабинет, искала книгу для твоего папы и нашла это. Прости меня, я не хотела подглядывать, но, когда увидела фотографии, не смогла.

Неловкими руками Максим открыл конверт. Его мир рухнул во второй раз за это утро.

Фотографии. Светлана целует Виктора Кравченко в отеле. Светлана подписывает документы в адвокатской конторе и брачный контракт, от которого у него застыла кровь в жилах. В случае развода или разделения Светлана имела бы право на 50% всей недвижимости и фирм Максима Мельника.

Но что его окончательно уничтожило — это дата контракта. Он был подписан за шесть месяцев до того, как он сделал ей предложение. Всё было ловушкой с самого начала.

— Сынок, — прошептала Лариса голосом, надломленным от боли. — Эта женщина никогда тебя не любила.

— Она хотела только твои деньги, а когда увидела, что мы можем заставить тебя её отвергнуть, решила использовать нашу любовь против тебя. Она превратила нас в оружие, чтобы тебя уничтожить.

Максим помог матери встать, поддерживая её, пока она прижималась к нему, словно он был единственной постоянной вещью в рушащемся мире. Олег вбежал с чашкой воды. Его лицо отражало заботу отца о сыне. Геннадий появился в коридоре, пыхтя от усилий после подъёма по лестнице. Увидев фотографии на полу, выражение его лица потемнело от смеси гнева и печали.

— Папа, тебе нужно отдохнуть, — умолял Максим, провожая обоих родителей в главную спальню.

— Отдохну, когда ты будешь в безопасности, — ответил старик прямо. — Сын мой, послушай меня. Эта женщина расставила тебе ловушку, но ловушки работают в обе стороны. Если у неё есть секреты, ты можешь их найти и использовать для своей защиты.

— Я не такой, как она. Папа, я не играю нечестно.

Лариса взяла лицо сына в ладони, заставляя его посмотреть ей в глаза.

— Речь не о нечестной игре, сынок. Речь о справедливости, о том, чтобы она не разрушила больше жизней. Сыночек, если я чему-то научилась в жизни, так это тому, что молчание перед злом — это соучастие. Ты не можешь позволить, чтобы ей это сошло с рук.

Максим посмотрел на своих родителей, хрупких, старых, больных и всё же более сильных, чем он когда-либо был, потому что они понимали то, о чём он забыл в своей погоне за успехом: настоящая сила исходит не от власти или денег, а от честности и любви…