Муж оставил жену одну оплачивать полную тележку продуктов, но вечером обнаружил, что дома правила изменились

— Я за эти твои деликатесы половину своей пенсии отстёгивать не намерен. У нас не семья, а чёрная дыра для финансов. Куда ушло полкило сливочного масла за неделю? Ты его на хлеб мажешь или вместо крема для лица используешь?

Голос Виктора звенел на кухне так, будто он выступал с трибуны перед многотысячной толпой. Марина стояла у плиты, помешивая лопаткой тушёную капусту, и внимательно слушала этот концерт. Её муж, новоиспечённый пенсионер, ровно месяц назад обнаружил в себе спящий талант великого экономиста. Осознание того, что государство теперь ежемесячно переводит ему на счёт определённую сумму денег, сорвало Виктору крышу.

Он решил, что эти деньги священны, тратить их — кощунство. А жить, питаться и оплачивать счета можно исключительно за счёт жены, которая продолжала работать технологом на местном пищевом комбинате. Виктор потряс в воздухе пустой маслёнкой, словно это было неопровержимое доказательство финансового преступления века.

— Пачка масла, Марина, стоит 300. Я вчера смотрел передачу, там умный человек говорил, что деньги счёт любят. Надо уметь откладывать. Формировать, так сказать, подушку. А вы с дочерью привыкли жить на широкую ногу.

Марина выключила конфорку, вытерла руки полотенцем. Половина пенсии, о которой сейчас голосил её благоверный, существовала только в его воображении, потому что за последние четыре недели Виктор вообще не внёс в общий бюджет никаких денег. Ни на оплату коммунальных услуг, ни на стиральный порошок, ни на тот самый кусок мяса, который он вчера вечером в одиночку сжевал под телевизор, старательно выковыривая застрявшие волокна зубочисткой.

— Витя! — спокойно произнесла Марина. — Ты масло ел?

— Ел.

— Я видела, как ты на батон его слоем в два пальца накладывал и сверху колбасой прижимал. Так что не надо тут устраивать театр одного актёра.

— Я мужчина, мне нужны калории, — возмутился супруг, ничуть не смутившись железобетонными аргументами жены. — Но это не отменяет того факта, что мы транжирим средства. С этого дня я перехожу в режим строгого сбережения. Мои финансы будут работать на будущее.

Марина лишь пожала плечами. Спорить с человеком, который внезапно решил стать местным аналитиком на минималках, было бессмысленно. Она взяла тарелку, положила себе тушёной капусты и села ужинать.

Если бы она знала, во что выльется эта программа сбережения, возможно, реагировала бы жёстче. Но пока что ситуация казалась просто очередным возрастным заскоком…