Миллионер предложил незнакомке фиктивный брак, но встреча с его бабушкой раскрыла неожиданную тайну

На совещании по новому комплексу цифры и графики проходили мимо него. Он отвечал механически, а во время обеденного перерыва позвонил Олегу и попросил встретиться. Через полчаса они сидели в кофейне возле архитектурного бюро, и друг сразу отложил принесенные чертежи, увидев лицо Андрея.

Андрей коротко рассказал об июньской ночи, последовавшем молчании и странном самочувствии Марины. Олег, обычно перебивавший собеседника каждые полминуты, на этот раз выслушал до конца.

— Ты понимаешь, что это может означать? — спросил он.

— Понимаю. Но она ничего не говорит. Возможно, сама еще не уверена, а возможно, уже все решила и не собирается посвящать меня в это решение.

Последняя мысль пугала Андрея больше остальных.

Олег долго смотрел на него, а потом спокойно произнес:

— Ты влюбился в нее.

Это не было вопросом, и Андрей не стал прятаться за привычными объяснениями. Он отвернулся к окну и несколько секунд наблюдал за прохожими.

— Да, — сказал он наконец.

В пятницу Андрей вернулся домой около половины девятого. Дверь комнаты Марины была закрыта, из-под нее пробивалась узкая полоска света. Он переоделся, поставил на кухне чайник и некоторое время ждал, надеясь, что она выйдет сама, но квартира оставалась тихой.

В половине десятого Андрей подошел к ее двери и постучал. Марина отозвалась не сразу, а когда открыла, на ней были широкие домашние брюки и простая футболка. Волосы она собрала, лицо выглядело спокойным, однако это была прежняя закрытость первых дней, от которой он уже успел отвыкнуть.

— Ты ужинала? — спросил Андрей.

— Не хочу есть, я просто устала.

— Марина, если что-то случилось…

— Я в порядке, правда.

Она выдержала его взгляд, и Андрей понял, что сейчас не получит другого ответа.

Пожелав ей спокойной ночи, он вернулся на кухню и заварил чай. Минут через двадцать Андрей проходил по коридору мимо гостевой ванной и случайно заметил белый пластиковый предмет, выступавший из-под неплотно закрывшейся крышки небольшого ведра.

Андрей уже собирался отвернуться, но взгляд успел различить знакомую форму и две отчетливые полоски. Ему не пришлось ничего открывать или искать: тест лежал почти сверху, и увидеть его можно было с порога. Несколько секунд Андрей не двигался, чувствуя, как привычный внутренний механизм расчетов и решений вдруг перестал работать.

Вместо паники внутри медленно поднималось большое, теплое чувство, которому он пока не мог дать имени. Андрей тихо вышел в коридор и остановился возле двери Марины. За ней не было слышно ни движения, ни плача, ни телефонного разговора, и эта полная тишина рассказала ему больше любых слов.

Марина уже знала и снова пыталась справиться со всем в одиночку — так, как привыкла с восемнадцати лет, когда ответственность за каждое решение легла только на нее. Андрей представил, что утром она может молча собрать вещи, уйти и больше не попросить ни о чем, потому что именно так привыкла спасаться от боли.

Он вернулся в гостиную и сел в кресло. Речь шла уже не о договоре, деньгах или желании бабушки. За два месяца каша по утрам, записки возле холодильника, книга на подоконнике и Маринин ровный голос среди ночи стали частью его жизни, без которой вся прежняя правильность внезапно потеряла смысл…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇