Муж потребовал заказать дорогой ужин для своей матери за счёт жены, но один документ быстро изменил разговор

— С сегодняшнего дня Олег и ты, Оксана, должны обращаться ко мне исключительно на «вы». И желательно по имени-отчеству. Я теперь не просто ваша мать и свекровь. Я — лицо компании, генеральный директор.

Галина Петровна стояла посреди кухни в квартире невестки, раскинув руки так, словно собиралась обнять весь земной шар.

На её шее красовался новый шёлковый платок неестественно-оранжевого цвета, повязанный тугим узлом, что делало её похожей на нахохлившегося индюка перед выставкой достижений сельского хозяйства в агрофирме «Малые Кабаны». Она вздёрнула подбородок, и её массивная брошь в виде стрекозы грозно сверкнула стекляшками с люстровым покрытием. Оксана молча перевернула сырник на сковороде.

Масло зашипело, брызнув золотой каплей на плиту.

— Поздравляю! — сухо сказала невестка, не отрывая взгляда от румяной корочки. — А куда, простите, делся ваш прошлый генеральный, тот прыщавый мальчик после университета?

Галина Петровна царственно отмахнулась, едва не смахнув со стола солонку.

— Никакого уважения к правилам субординации, Оксана. Тот мальчик оказался некомпетентен. Он проработал только день и удрал, а учредители разглядели мой потенциал. Тридцать лет я сидела в бухгалтерии, сводила дебет с кредитом, вбивала накладные, и вот она, награда за верность. Они так и сказали: «Галина Петровна, только вы можете возглавить этот корабль». Оклад подняли на целых пять тысяч. Теперь у меня личный кабинет, кулер с водой прямо у стола, право подписи и печать.

Олег, до этого момента тихо жевавший бутерброд с докторской колбасой, чуть не подавился.

Его лицо озарилось таким священным трепетом, будто в их небольшую кухню спустился ангел с золотой трубой. Он выронил надкушенный кусок хлеба, подскочил со стула и бросился обнимать мать.

— Мамуля, да ты что! Да это же уровень, это же статус. Я всегда знал, что в тебе спит гениальный управленец.

Олежек сиял, как начищенный медный таз.

Оксана хмыкнула, аккуратно переложила сырники на тарелку, выключила конфорку и повернулась к родственникам.

Она работала специалистом по оценке финансовых рисков. Вся её жизнь состояла из изучения цифр, проверки контрагентов и поисков того самого мелкого шрифта в договорах, который обычно оставляет невнимательных людей без штанов. Для свекрови же Оксана была просто каким-то счетоводом, который перекладывает бумажки и портит зрение за монитором.

Галина Петровна аккуратно отстранила сына, поправила воротник своей дешёвой синтетической блузки и выдала главное:

— В честь моего назначения в эту пятницу состоится торжественный приём. Здесь, у вас.

Оксана подняла бровь так высоко, что она чуть не скрылась под чёлкой.

— А почему не в ресторане, раз вы теперь генеральный директор?

Свекровь снисходительно улыбнулась, обнажив мелкие зубы.

— Ой, в ресторане слишком шумно. Генеральные директора ценят приватность. К тому же это семейное торжество. Олег, сынок, праздник должен соответствовать моему новому положению. Закажи доставку из «Золотого улова». Я хочу осетрину под икорным соусом. И чтобы рыба была целиком, с зеленью в жабрах. Никаких ваших этих роллов из водорослей или, прости господи, бургеров или пицц.

Олег закивал так энергично, что, будь его голова электростанцией, могла бы осветить весь их большой спальный район.

— Конечно, мама, то есть Галина Петровна, всё организуем в лучшем виде.

Оксана прищурилась.

«Золотой улов» был самым пафосным заведением в их городе. Там даже зубочистки подавали на серебряных блюдцах. Одна порция их фирменной осетрины стоила столько, сколько обычная семья тратит на продукты за неделю.

— И кто же оплачивает этот рыбный фестиваль? — ровным голосом поинтересовалась Оксана, вытирая руки бумажным полотенцем.

Олег посмотрел на жену с искренним непониманием, словно она только что предложила ему съесть кота.

— Оксан, ну ты чего? У меня же до аванса ещё десять дней, а ты на днях премию получила. Вот и организуешь. Это же для мамы…