Миллионерша пришла на могилу сына — и увидела плачущую женщину с маленькой девочкой…
Плачущая Полина обняла пожилую женщину, и на этом холодном полу, окружённом разрушениями, кровью и битым стеклом, социальный барьер между ними полностью исчез. Они больше не были миллионершей и нищенкой. Они были двумя матерями, семьёй, выкованной в огне выживания.
Через несколько минут синие огни полиции залили комнату через разбитое окно. Вбежал Роман, а за ним двое вооружённых полицейских. «Мадам! — крикнул водитель, в ужасе увидев сцену. — Я приехал, как только увидел, что в будке охраны выключен свет!»
«Роман, — сказала Галина, позволяя парамедикам осматривать себя. — Ничего не говори о Кирилле, пока нет». Полина смущённо посмотрела на неё: «Но это он их послал, они сами так сказали!»
«Знаю, — прошептала Галина, пока ей накладывали повязку на лоб. — Но если мы обвиним его сейчас, он спрячется, воспользуется своими адвокатами и уничтожит улики. Мы сыграем в его игру». Галина встала с помощью парамедика, её взгляд был ясным как никогда.
«Мы заставим его поверить, что они потерпели неудачу, что это было обычное ограбление. И когда он доверится и поверит, что победил, мы его раздавим. Мне нужно, чтобы ты была сильной, дочка: завтра начнется новая жизнь, но также начнется и охота».
Полина посмотрела на свою дочь, затем на пистолет на полу и, наконец, в стальные глаза своей свекрови. «Я с вами до конца». Пока Галину везли в больницу на обследование, а её семью — в гостиницу с максимальной системой безопасности, на другом конце города зазвонил телефон.
Кирилл ответил после первого гудка с явной тревогой. «Возникли осложнения, — сказал искажённый голос. — У старухи было оружие, она выстрелила в одного из наших, нам пришлось прервать операцию». «Недоумки! — закричал Кирилл, ударив кулаком по столу. — Вы их убили или нет?»
«Нет, но мы кое-что услышали перед штурмом: старуха говорила о конверте, который оставил Юлиан, и они собираются забрать его с вокзала завтра». Кирилл похолодел, и краски сошли с его лица. Он искал этот проклятый конверт целых пять лет.
Он знал, что у Юлиана были доказательства его растрат и сделок с мафией, но думал, что они уничтожены или потеряны в аварии. Если у этих женщин окажется конверт, он потеряет всё и сядет в тюрьму, или партнёры убьют его, чтобы заставить замолчать. «Слушай меня внимательно, — сказал Кирилл смертоносным голосом. — Забудь о доме и ограблении».
«Завтра я хочу видеть всю команду на Центральном вокзале: никто не выйдет оттуда с этим конвертом. Если вам придётся сжечь вокзал вместе с ними — делайте это». Он повесил трубку и посмотрел в окно на спящий город, не ведающий о надвигающейся буре.
Кирилл нервно улыбнулся: тётя Галина хотела поиграть в счастливую семью, и теперь она увидит, что бывает, когда связываешься с хозяином доски. Люкс в отеле с усиленной охраной был роскошным бункером, но воздух в нём казался тяжёлым. Было восемь утра, и Галина смотрела на себя в зеркало в полный рост, не узнавая собственного отражения.
У неё был пластырь на лбу, скрытый под дешёвой шляпой. На ней был не привычный деловой костюм, а потёртые джинсы и мешковатая куртка, которую водитель купил на ночном рынке. «Вы совсем не похожи на себя, госпожа Галина», — сказала от двери Полина, которая тоже переоделась в простую одежду, бывшую для неё ежедневной формой.
«В этом-то и смысл, не так ли?
