Муж оставил меня ночью на трассе с больным ребёнком, не подозревая, что его ждёт дома через час

— Хорошо. Завтра в три. На выезде из города, у придорожного кафе «Привал». И возьми Марко. Хочу увидеть сына.

Дарина понимала, что что-то в этой встрече неправильное. Но надежда оказалась сильнее осторожности. Ей казалось: если Назар увидит Марко, услышит его кашель, возьмёт на руки, в нём проснётся хоть что-то отцовское. На следующий день она вызвала машину и поехала к кафе. Марко капризничал — резались зубы, он то плакал, то засыпал у неё на плече. Дарина гладила его по спине и повторяла себе, что должна попробовать ради него.

На парковке Назар уже ждал. Рядом с его старой серебристой машиной стояла Лидия Степановна, скрестив руки на груди.

— Зачем вы здесь? — спросила Дарина, выходя из машины.

— А мне уже нельзя увидеть внука? — язвительно ответила свекровь.

Дарина промолчала. Она достала Марко из детского кресла. Назар подошёл, взял его на руки. Мальчик сразу расплакался, испугавшись полузнакомого лица и резкого запаха чужой куртки.

— Да что он орёт постоянно? — раздражённо сказал Назар и быстро вернул ребёнка Дарине.

— У него зубы. Ему больно.

— Садитесь в машину, — сказал он. — Не будем стоять на ветру.

Дарина села с Марко на заднее сиденье. Лидия Степановна устроилась впереди. Назар завёл двигатель.

— Я слушаю, — бросил он, выворачивая руль.

— Я прошу не уезжать до решения суда. Или дать сумму на лечение, тогда мы сможем подписать соглашение и не мучить друг друга.

— Сумму? — усмехнулась свекровь. — Аппетит у тебя хороший.

— Я хочу, чтобы мой сын жил.

Машина выехала с парковки и стала набирать скорость по трассе.

— Мы с мамой подумали, — сказал Назар, не глядя в зеркало. — Есть вариант лучше. Марко поедет с нами.

— Что?

Лидия Степановна повернулась к ней.

— Ты не справляешься. У тебя нет денег, нет нормальных условий, одна истерика. Мы продали квартиру, средства есть. Увезём ребёнка в большой город, покажем врачам. А ты оставайся и строй свою карьеру.

— Вы сошли с ума. Я вам его не отдам.

— Тебя никто не спрашивает, — сказал Назар. — Ты сама разрушила семью.

За окном мелькали голые деревья, поля, редкие фонари. Город оставался позади. Дарина прижала Марко к груди так крепко, что он снова заплакал. Она поняла: это ловушка. Они не собирались договариваться. Они заманили её сюда, чтобы отнять сына.

— Останови машину! — закричала она. — Я никуда с вами не поеду.

— Ты и не поедешь, — процедил Назар.

Он резко свернул на обочину. Вокруг было пусто: тёмная трасса, лесная полоса, ветер, редкие огни проносящихся машин.

— Выходи…