Они загнали старика в глухую тайгу, не подозревая, что в темноте он окажется совсем не таким беспомощным
Четверо вооружённых мужчин ночью вошли в избу седого старика на краю леса. Они смеялись. Они были уверены, что к утру он согласится на всё, чего они потребуют, и навсегда уйдёт с кордона, не решившись спорить с людьми, привыкшими добиваться своего силой.
Они ждали страха. Они ждали покорности. Всю жизнь они жили тем, что люди отводят от них глаза, и другого языка не знали.
Это была их последняя ошибка. Они думали, что загнали старика в угол. На самом деле, войдя в избу, они своими руками захлопнули ловушку и оказались в одной комнате с тем, кого этот лес боялся сильнее, чем они боялись друг друга.
Для них умирающий посёлок на излучине реки был кормушкой. Для него вся эта чёрная замёрзшая земля от перевала до перевала была домом ещё тогда, когда их отцы под стол пешком ходили. То, что ждало их у тёплой печки и молчало, дедом не было.
Всё началось несколькими днями ранее. Посёлок стоял на излучине реки, и на картах его давно печатали мелким шрифтом, будто стыдились. Когда-то здесь работало крепкое лесозаготовительное предприятие.
Выли пилорамы, гудели лесовозы, по большой воде вниз сплавляли лес на сотни километров. Теперь от той жизни остались тракторы, вмёрзшие в снег по самые фары, заколоченные бараки и человек двести, которые не уехали только потому, что ехать им было уже некуда. Лес осиротел, а там, где сирота, всегда отыщется тот, кто приберёт его к рукам.
Хозяином здесь был человек по прозвищу Студень. Грузный, мягкий с виду, с тихим вкрадчивым голосом и мёртвыми глазами. Он держал при себе с десяток крепких парней, занимал старую рыболовную базу, а весь район держал в кулаке.
Местный инспектор давно сидел у него на прикорме и болел любой удобной болезнью, стоило случиться чему-то, чего видеть не следовало. Дело у Студня было простое и злое. Зимой по большому льду он гнал через лес к дальней границе товар — пушнину, битого красного зверя, всё, что можно содрать с этой земли и продать тем, кто платит не нашими деньгами.
Бил без меры, выгребал урочище подчистую, травил реку. Лес для него был не домом, а складом, который он торопился вынести, пока не поймали за руку. Но у большой воды свой норов…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
