Муж потребовал, чтобы я извинилась перед свекровью на коленях, но не знал, что у меня уже есть ответ

— Что ты сказала? — медленно произнёс Назар.

— Я сказала нет.

Он резко подошёл и схватил её за плечо.

— Не устраивай сцену. Извинись.

— Убери руку.

Марта сказала это тихо, но так твёрдо, что Назар на мгновение отступил. И тут Лидия Савельевна, почуяв, что сын колеблется, нанесла точный удар.

— Не надо, Назарчик, — слабым голосом произнесла она. — Видно, я сама виновата. Плохо воспитала сына, если он позволяет так со мной обращаться.

Слова попали точно в то место, где Назар был беззащитен. Вина перед матерью вспыхнула в нём сразу, слепая и злая.

— Слышала? — прошипел он, поворачиваясь к Марте. — Ты до этого довела.

— Назар, остановись.

— Нет. Ты сейчас встанешь перед ней на колени и попросишь прощения.

Марта отступала, пока спина не коснулась стены. От него пахло вином, горячей едой и яростью. Она видела перед собой не того мужчину, которого любила, а чужого человека, готового раздавить её, лишь бы вернуть матери ощущение власти.

И в этот момент она вспомнила планшет.

Это случилось несколькими неделями раньше. Лидия Савельевна пришла к ним, как всегда, без предупреждения, и принесла с собой устройство, которое перестало нормально работать. Она сунула его Марте почти приказным жестом.

— Ты же молодая, разбираешься. Посмотри.

Марта тогда, всё ещё пытаясь сохранить мир, согласилась. Планшет не был заблокирован. Пока она искала настройки, случайно открылся мессенджер. На экране была переписка Лидии Савельевны с мужчиной по имени Мирон.

Сначала Марта хотела сразу закрыть окно, но взгляд зацепился за несколько строк. Потом за следующие. В этих сообщениях свекровь была совсем другой: кокетливой, нежной, капризной. Она жаловалась на покойного мужа, насмехалась над Назаром, называла его беспомощным сынком, а Марту — грубой и обидной кличкой. Писала Мирону, что ждёт выходных, когда квартира будет свободна, и называла его своим «жеребчиком».

Больше всего Марту потрясло не то, что у Лидии Савельевны была тайная связь с женатым коллегой. Это было её дело. Потрясло лицемерие. Женщина, которая учила всех семейной морали, годами жила во лжи и при этом разрушала чужой брак под видом заботы о сыне.

Марта тогда сделала несколько фотографий экрана. Не из мести. Скорее от странного предчувствия, что однажды ей понадобится доказательство, способное остановить эту женщину. И теперь, когда Назар снова шагнул к ней, предчувствие сбылось…