Муж решил поселить у нас свою маму на время моего декрета. Сюрприз, который ждал его в первый день долгожданного отпуска

— Пашка-то отпуск взял. Вот решил тещу с тестем позвать, чтобы, значит, вместе отдохнуть и порядок навести. Золотой парень, работящий. Повезло тебе, Зинаида, с сыном.

— Какой порядок? — свекровь медленно повернулась к сыну. — Паша, мы же договаривались: я приеду отдыхать, Рита в отпуске перед родами.

— Мам, тут такое дело, — Павел сглотнул, пытаясь найти поддержку у жены.

Но Рита была безупречна в своей роли.

— О, Зинаида Аркадьевна, вы не представляете, как Паша беспокоился о вашем здоровье! — воскликнула она, с трудом приподнимаясь в кресле. — «Мама приедет, ей покой нужен, а мне, — говорит, — хочется и своими руками поработать, и теще с тестем внимание уделить». Я-то со спиной слегла, вообще ложку поднять не могу. Так что вся готовка, уборка теперь на нашем дорогом отпускнике. Ну и вы, конечно, поможете. Вы же у нас такая хозяйственная.

Зинаида Аркадьевна побледнела. Она посмотрела на свои руки с маникюром, потом на леопардовые чемоданы, а затем на Тамару Ильинишну, которая уже протягивала ей кухонное полотенце.

— Давай-давай, Зиночка, раздевайся, — скомандовала мама Риты тоном, не терпящим возражений. — Манто — на вешалку и марш на кухню. Там картошка нечищена на пять человек. Пашка-то наш занят, он с Леней канализацию перебирает, а мужиков кормить надо.

— Я не буду чистить картошку, я гость, я… — возмутилась свекровь, инстинктивно прижимая к себе сумочку. — Я приехала дышать воздухом и расслабляться.

Бармалей, который до этого момента наблюдал за сценой с верхней полки обувницы, решил, что настало время внести свою лепту.

Он мягко спрыгнул вниз, подошел к леопардовому чемодану и начал остервенело точить об него когти, выдирая синтетические нитки с противным треском.

— Брысь, пошел вон, шерстяной паразит! — завизжала Зинаида Аркадьевна, замахиваясь на кота сумочкой.

Бармалей фыркнул, презрительно махнул хвостом и юркнул за деревянный ящик с инструментами, откуда продолжил наблюдать за истерикой с чувством глубокого удовлетворения.

— Мама, успокойся, — пробормотал Павел, хватая чемоданы. — Давай я отнесу в гостиную.

— Куда? — хором рявкнули Леонид и Тамара…