Одноклассники считали её неудачницей, пока один момент не показал, кем она стала на самом деле.

— У каждого свой итог, — ровно сказала Надежда.

— Да ладно, не обижайся. Сегодня хоть поешь нормально. Здесь кухня — пальчики оближешь. Салаты бери, мясо бери.

Он отправил в рот толстый ломоть копчёного мяса и заговорил, почти не прожёвывая.

— Надя, а ты вообще где сейчас? — Лариса склонила голову, разглядывая её с жалостливой усмешкой. — В библиотеке работаешь? Ты почти не изменилась.

— Почему в библиотеке?

— Ну ты и раньше выглядела как библиотекарша. Скромная, сухая, вся в себе.

Несколько человек засмеялись. Надежда не поддержала смех.

— Я училась на пищевого технолога.

— То есть повариха? — Тарас снова осклабился. — Только слишком худая для такой работы.

— Не повариха. И прожуй сначала, Руденко. Так можно подавиться.

— Не страшно, Андрей откачает.

— Не факт, — буркнул Андрей. — Смотря как подавишься.

— Верю в тебя, хирург. Хотя остановиться трудно: здесь кормят так, что домой потом идти не хочется. Сюда же не пробиться, говорят, запись на месяцы вперёд. Лариса, как ты нас сюда устроила?

Лариса выпрямилась, будто ждала этого вопроса.

— Муж договорился. Я сказала: встреча выпуска должна пройти в лучшем ресторане города. Он меня услышал.

— Значит, приказала достать столик в «Надежде» любой ценой?

— Именно. Благодарите меня. Без меня сидели бы где-нибудь в дешёвой забегаловке.

— Я бы и шашлык съел, — заметил Тарас. — Но здесь мясо готовят так, что хочется ходить каждый день. Правда, для этого мне надо торговать не удочками, а чем-нибудь куда прибыльнее.

Он опять рассмеялся громче всех. Надежда смотрела на белую скатерть, приборы, бокал с дрожащими пузырьками. Всё могло бы быть обычным вечером, но они шаг за шагом возвращали её туда, откуда она так долго выбиралась.

— Мы, кстати, думали, ты не придёшь, — сказал Мирон, накладывая салат. — Сумма-то за ужин приличная. Помню, ты в школе вечно не сдавала: ни на подарки, ни на праздники, ни на классные сборы. Сейчас-то как? Мама помогла?

— Мама умерла пять лет назад.

Мирон смутился на миг, но быстро спрятался за прежний тон.

— Прости. А помните тот случай с булочкой в столовой? Тебя потом перед всей школой отчитывали. Чуть не выгнали, спасло только то, что отличницей была.

В тёплом зале, среди запахов сливочного соуса и дорогих духов, Надежде вдруг стало холодно. Для них это был смешной школьный случай. Для неё та булочка до сих пор отзывалась голодом, стыдом и жгучей изжогой…