Одноклассники вспоминали её только как бедную девочку, пока не увидели, кем она стала

К последнему звонку девочки готовились заранее. В моду снова вошли школьные платья с белыми фартуками: кто-то доставал красивый кружевной, кому-то покупали новый, кто-то занимал у знакомых. У Миланы было старое форменное платье, а вот фартука не было совсем.

— Мам, может, найдётся белая ткань? Хоть небольшой кусок, я сама попробую сшить, — попросила она.

Надежда порылась в шкафу, в узлах, в ящиках и принесла отрез белого трикотажа.

Милана взяла ткань в руки и сразу поняла: она слишком мягкая, тянется, форму держать не будет.

— Из такого фартуки не шьют, — осторожно сказала она.

— Другого нет, — мать развела руками. — Хочешь — шей из этого.

Весь вечер и половину ночи Милана возилась с выкройкой. Она старалась, расправляла ткань, подгибала края, смётывала, переделывала. В какой-то момент фартук даже показался ей красивым: белый, чистый, с аккуратными линиями, пусть и не такой, как у других. Утром она надела платье, повязала своё изделие и заметила, что трикотаж тянет и чуть перекашивает силуэт. Переделывать было поздно.

Во дворе школы уже шумели выпускники. Девочки поправляли банты, фотографировались, смеялись. Милана только успела подойти, как один из мальчишек прищурился и громко сказал:

— Ты это из чьего белья себе фартук скроила?

Другие тут же подхватили. Кто-то потянул край ткани, кто-то заржал, кто-то повторил ещё грубее. Милана отступила.

— Не трогайте меня.

— Да ладно тебе, чего ты? Мы же шутим.

Девочки стояли неподалёку и не вмешивались. Им было удобно оставаться зрительницами: вроде не они обидели, но и жалеть не пришлось.

Линейка тянулась бесконечно. Милана почти не слышала слов учителей, не видела цветов, не понимала, когда надо хлопать. Ей казалось, что весь двор смотрит только на её фартук. Когда всё закончилось, она сорвалась с места и побежала домой, глотая слёзы.

У подъезда на лавочке сидела соседка, Вера Андреевна. Она знала Милану с детства: иногда угощала пирожком, иногда просто улыбалась так, будто девочка была не лишней в этом мире. Увидев её лицо, женщина сразу поднялась.

— Миланочка, кто тебя расстроил?

— Никто, — выдавила девочка.

Вера Андреевна обняла её осторожно, не задавая лишних вопросов.

— Фартук у тебя новый?

Милана всхлипнула и вдруг обрадовалась, что хоть кто-то заметил не насмешку, а работу.

— Я сама сшила.

Соседка потрогала край ткани.

— Только материал неподходящий, деточка.

— Какой был, из такого и сделала, — сказала Милана, чувствуя, как обида снова подступает к горлу.

— Не сердись. Всё равно видно, что старалась. Пойдём со мной.

— Куда?

— Ко мне. Покажу кое-что…