Она считала, что пожертвовала личным счастьем ради дочери, но увиденное ночью в доме мужа изменило всё
Я снова пришла убирать, и Виктор Андреевич попросил зайти в кабинет. «Присядьте. У меня к вам необычное предложение. Выслушайте до конца».
Он рассказал о себе, о жене, с которой прожил 45 лет, о том, как она умерла от рака 3 года назад, о племяннике, который живет далеко и занят карьерой. «Я предлагаю вам фиктивный брак».
Я замерла. «Не пугайтесь. Мне нужна компания».
«Семья, пусть и не по крови. В моем возрасте супружеские обязанности давно не актуальны. Вы с дочерью переезжайте в этот дом».
«Я оплачиваю лечение Сонечки, ее образование. Мы живем как семья, но в разных спальнях. Через 3 года вы можете уйти с квартирой, оформленной на ваше имя, и значительной суммой».
«Почему я?» — «Потому что за 2 года я вижу, какой вы человек. Вы работаете на износ, но не сломались. Любите дочь больше жизни».
«Не воруете, не лжете. Мне нужен именно такой человек рядом». — «А если люди подумают?» — «Что богатый старик женился на молодой?» Он усмехнулся.
«Оксана Викторовна, в моем возрасте мнение людей — последнее, что меня волнует. Мне важно только одно: чтобы оставшиеся годы прошли не в одиночестве». Я молчала.
В голове крутились тысячи мыслей. Это безумие. Это невозможно.
Так не бывает. Добрые и богатые старики — из сказок, а я живу в реальности, где каждый чего-то хочет взамен. «А если у вас… наклонности? К детям?» Виктор Андреевич не обиделся.
«Правильный вопрос. Нет. Моя жена была единственной женщиной в моей жизни».
«После нее нет никаких желаний. К детям отношусь как к детям. Мы с женой мечтали о ребенке всю жизнь, но не сложилось».
«Ваша Соня могла бы стать мне внучкой». Эту неделю я не спала.
Что я теряю? Свободу вкалывать до гроба? Смотреть, как дочь задыхается от кашля? А чем рискую? Что, если он не тот, за кого себя выдает? На пятый день Соня слегла с температурой. Врач скорой сказал: «Мамаша, это уже пневмония». В больнице решение пришло само.
«Я попробую. Буду начеку. При первом подозрении уйду».
На седьмой день я позвонила: «Я согласна». Через месяц мы расписались. Тихо, без торжеств…
