Они бросили девочку, которую считали безнадёжной, но спустя пять лет её возвращение изменило всё

Оксана пододвинула высокий медицинский табурет. Села напротив него. Скальпель лежал у нее на коленях, сверкая в свете лампы.

— Ты думаешь, все можно купить? — спросила она тихо. — Ты думаешь, что если построил три церкви и надел дорогой костюм, то кровь смылась?

— Я никого не убил! — заорал он, дергаясь в путах. — Мы просто поразвлеклись.

— Ты жива! Жива! Здорово! Вон, врачом стала, упакована! Чего тебе не хватает?

— Мне не хватает меня, — сказала Оксана. Голос ее был мертвым, лишенным интонаций. — Той Оксаны, которая была до тебя.

— Ты убил ее в том сугробе. Я выжила, да. Но я больше не могу любить.

— Не могу создать семью. Не могу родить детей. Потому что мне физически противно даже думать о близости.

— Ты сделал меня пустой, Павел. Ты выжег меня изнутри. — Она наклонилась к нему.

Глаза за стеклами очков увеличились, превратившись в два ледяных озера. — Ты забрал у меня мое будущее, мою женскую суть. Ты превратил меня в функцию, в машину для мести.

— И сегодня я пришла вернуть долг с процентами. — Князь сглотнул вязкую слюну. Он посмотрел на сына, лежащего на столе.

— Что? — Губы у него затряслись. — Что ты хочешь сделать с ним?

— Я хочу восстановить баланс, — спокойно объяснила Оксана. — Ты гордишься тем, что ты мужчина, вор, хозяин, самец.

— Самцов вроде тебя и твоего сына нужно останавливать. Вы считаете, что ваша сила, ваш тестостерон дают вам право брать все, что захочется, ломать чужие судьбы ради забавы? — Она взяла скальпель, покрутила в пальцах. — Я заберу эту силу у твоего сына, Павел.

— Я сделаю так, что он больше никогда, слышишь, никогда не сможет продолжить род. Династия, которую ты собирался продолжить через него, закончится здесь, в этом подвале.

— Нет! — закричал Князь, дергая наручники так, что металл впился в запястье до кости.

— Не смей! Убей меня! Убей! Но не трогай пацана! Он же еще мальчик!

— Он не мальчик. Он твое подобие, — отрезала Оксана. — Я видела его в клубе.

— Он такой же, как ты. Через год он бы сделал с кем-то то же, что ты сделал со мной. Я делаю миру одолжение.

— Провожу профилактику. Удаляю опухоль, пока она не дала новые метастазы. — Она встала.

— Смотри, Павел, смотри внимательно. Это цена твоего веселья на зимней трассе пять лет назад. — Она повернулась и пошла к операционному столу, где спал Кирилл…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇