Они бросили девочку, которую считали безнадёжной, но спустя пять лет её возвращение изменило всё

Лето в большом городе выдалось аномально жарким. Асфальт плавился днем, а ночью город задыхался в липкой душной мгле. У входа в модный ночной клуб, эпицентр гламура нулевых, толпилась золотая молодежь.

Дети тех, кто выжил в лихие времена и теперь управлял нефтяными потоками и заводами. Здесь пахло дорогими духами, деньгами и вседозволенностью. Кирилл Мироненко вышел из дверей клуба, пошатываясь.

Ему исполнилось 24 года. Он был пьян, весел и абсолютно уверен, что весь мир лежит у его ног. Час назад он, смеясь, облил шампанским официантку, которая была недостаточно расторопна.

Охрана клуба лишь вежливо улыбнулась. Никто не смел трогать сына Князя. Кирилл знал: папа решит любую проблему.

Папа — это стена, папа — это закон. Он достал телефон, новейшую раскладушку, набрал номер личного водителя. — Ты где, Дима? Я вышел. Подай машину ко входу.

— Кирилл Павлович, — голос водителя в трубке дрожал, — беда. Колесо пробил на центральной магистрали. И запаски нет. Кто-то вытащил. Эвакуатор жду.

Кирилл выругался, пнув мраморную урну. Ждать он не любил. Он привык, что желания исполняются мгновенно, как по мановению волшебной палочки.

— Идиот! — заорал он. — Я тебя уволю! — В этот момент к тротуару плавно подкатил черный наглухо тонированный седан. Не внедорожник охраны, а неприметная, но представительская машина.

Стекло опустилось. За рулем сидела женщина в форменной куртке и бейсболке, низко надвинутой на глаза. — Кирилл Павлович? — спросила она.

Кирилл нахмурился. Он не знал эту машину. — Ты кто? Где Дима?

— Павел Андреевич прислал, — спокойно ответила женщина, назвав имя отца.

— Дмитрий доложил о поломке. Отец просил срочно доставить вас домой. Сказал, есть разговор. Сюрприз. — Слово «отец» сработало как пароль. Кирилл знал, что Князь любит контролировать каждый его шаг.

А исчезновение старой охраны, Черного и Романа, которые пропали весной и, по слухам, спились где-то в деревне, сделало отца параноиком. — Ладно, — буркнул Кирилл. Он открыл заднюю дверь, плюхнулся на прохладное кожаное сиденье.

— Поехали. Кондиционер на полную включи. Сдохнуть можно.

Машина тронулась, мягко вливаясь в ночной поток. Кирилл откинулся на подголовник, прикрыл глаза. Алкоголь шумел в голове.

Он чувствовал себя хозяином жизни. Он вспомнил испуганные глаза той официантки и ухмыльнулся. «Быдло должно знать свое место».

Машина свернула с широкого проспекта в темный переулок. Потом еще раз. Сквозь пьяную дрему Кирилл почувствовал, что дорога стала неровной.

Машину тряхнуло. — Эй, — позвал он, не открывая глаз, — ты куда едешь? Элитные поселки в другой стороне.

— Мы срезаем, — ответил голос водителя.

Теперь он звучал иначе, холоднее, жёстче, без подобострастия. Кирилл открыл глаза. За окном не было огней элитных поселков.

Вокруг тянулись бетонные заборы промзоны. Ни фонарей, ни людей. Только ржавые остовы кранов и кучи мусора.

— Слышь, ты! — Кирилл подался вперед, хватаясь за спинку переднего кресла. — Тормози! Я кому сказал? Ты что, овца, дороги не знаешь?

— Знаю, — ответила она. Машина резко затормозила…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇