Все пытались отогнать волка от гроба, но он снова возвращался — пока врач не заметил важную деталь

Белое свадебное платье должно было стать для Оксаны символом счастливого дня в жизни. Она обожала этот наряд и представляла, как увидит Назара и поймёт по его взгляду, что всё сложилось именно так, как они мечтали. Но теперь мягкие складки ткани лежали вокруг её неподвижного тела, а вместо радостных голосов в помещении слышались сдержанные всхлипы. Оксана покоилась в открытом гробу, спокойная и прекрасная, словно просто уснула перед торжеством, которое, как тогда казалось всем, уже никогда не состоится.

Собравшиеся подходили проститься с девушкой и не могли поверить, что вместо свадьбы оказались на похоронах. Все должны были смотреть, как Оксана идёт к алтарю, сияющая и счастливая, а теперь никто не находил слов. Любая попытка заговорить казалась неуместной рядом с этой тишиной. Люди с трудом поднимали глаза на девушку, потому что белое платье слишком ясно напоминало о дне, который должен был сложиться совсем иначе.

Тяжелее всех приходилось Назару. Он стоял возле гроба и не отрывал взгляда от лица невесты. Разум подсказывал ему, что случившегося уже не изменить, но внутри всё сопротивлялось этой мысли. Слишком живыми оставались воспоминания о её голосе, улыбке и совместных мечтах. Назару казалось невозможным, что человек, с которым он собирался разделить жизнь, теперь лежит перед ним и больше не откроет глаза. Он снова пытался убедить себя, что произошедшее реально, но взгляд неизменно возвращался к Оксане, а сознание отказывалось верить, что эта разлука окончательна.

Каждый взгляд на свадебное платье причинял Назару физическую боль. В его воображении этот наряд был связан со светом и радостью, а не с неподвижностью открытого гроба. Он то сжимал пальцы, пытаясь совладать с собой, то бессильно опускал руки, понимая, что никакое усилие не вернёт прежнюю жизнь. Слёзы выступали сами собой, и ему уже не хотелось их скрывать.

Назар заранее привёл Грома, чтобы волк тоже мог проститься с человеком, который когда-то спас ему жизнь. Увидев Оксану, зверь внезапно рванулся к открытому гробу. Он не метался и не обращал внимания на людей. Всё его внимание было приковано к девушке. Одним сильным прыжком Гром вскочил в гроб и оказался рядом с её неподвижным телом. По залу прокатился испуганный вздох, но волк не проявлял агрессии. Он лишь прижался к Оксане и замер, будто наконец нашёл то, что искал.

Назар осторожно позвал его и попросил выйти. Волк слышал знакомый голос, слегка повёл ухом, но остался на месте. Ни мягкие уговоры, ни более настойчивые слова не заставили его отступить. В его позе не было растерянности. Напротив, Гром держался так уверенно и упорно, словно знал нечто, недоступное находившимся рядом людям…