Пока муж был в командировке, я решила поддержать вдову его друга, но за её дверью меня ждало неожиданное открытие

На нем была белая рубашка, которую я погладила для него сегодня утром, но воротник был слегка перекошен. Верхние пуговицы были расстегнуты. Его лоб был покрыт каплями пота, а раздраженное выражение лица мгновенно застыло в тот момент, когда он увидел меня.

«Кто там?» Он посмотрел на две коробки с тортом в моих руках, затем на мое лицо, и цвет его кожи начал стремительно меняться. «Оксана, почему ты здесь?» Этот вопрос не прозвучал как приветствие мужа, случайно столкнувшегося с женой. Это прозвучало как допрос.

Как будто я была незваной гостьей, не имеющей права там находиться. Я несколько секунд стояла неподвижно, оглядывая его с ног до головы, прежде чем слегка нахмурить брови. «Я пришла принести немного торта для Марины».

«А ты? Что ты делаешь у нее в такой час?» Дмитрий выглядел слегка растерянным. Он провел рукой по волосам, быстро оглянулся в квартиру и сказал сухим голосом: «У Марины протекал измельчитель отходов под раковиной. Она позвала меня посмотреть. Это был просто мелкий ремонт». Если бы это было раньше, я бы, безусловно, поверила ему сразу, потому что его визиты к Марине для помощи случались много раз, и он всегда четко рассказывал мне об этом, ведь я никогда не думала, что мужчина, с которым я делю постель, может скрывать такую грязную тайну за этим порядочным фасадом.

Я кивнула, намереваясь передать ему коробку с тортом. «Тогда, пожалуйста, отнеси это ей внутрь». Но прежде чем я успела протянуть руку, из-за спины Дмитрия раздалось мягкое шарканье домашних тапочек.

Раздался нежный, плаксивый женский голос: «Дима, кто там?» Марина вышла вперед. На ней была свободная бежевая ночная рубашка.

Ее волосы были небрежно собраны на затылке, а лицо было таким бледным, будто ее только что напугали. Но меня заставило застыть не ее паническое выражение лица, а рука, которой она придерживала свой живот. Ее нижняя часть живота явно выпирала, и это никак не могло быть связано с набором веса.

Я посмотрела вниз на этот живот, затем вверх на лицо Дмитрия. Воздух в коридоре внезапно стал ледяным. Мысль, острая как нож, пронзила мой разум, но я заставила свой голос оставаться спокойным.

«Марина, ты беременна». Лицо Марины мгновенно стало пепельным. Она спрятала половину тела за спиной Дмитрия, ее глаза наполнились слезами, как будто я только что ее обидела.

Дмитрий плотно сжал губы и ничего не сказал. Именно это молчание заставило мое сердце упасть. Прямо в этот момент из глубины квартиры снова эхом раздалось шарканье тапочек.

Моя свекровь, Лариса, вышла из кухни, держа в руках тарелку горячего куриного бульона. Она шла и говорила тревожным тоном: «Дима, помоги Марине вернуться в комнату. Слишком долго стоять вредно для моего внука». Сказав это, она подняла глаза и увидела меня. Все ее лицо окаменело, бульон в тарелке плеснулся, и несколько капель пролились на пол.

В одно короткое мгновение все неуклюжие объяснения стали излишними. «Мой внук». Эти два слова ощущались как прямая пощечина…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇